Император, одетый с утра как на парад, в белый, сверкающий излюбленными бриллиантами длинный камзол, вошел, вскинул бровь и очень нехорошо улыбнулся, оценив диспозицию. Девушка, закутанная лишь в домашний халат, смущенная и чем-то напуганная, — уж не его ли несвоевременным визитом? — и ее молодой и красивый телохранитель. Наедине. За закрытыми дверями.
А горец тут же заподозрил, что не все следящие заклинания смог найти и обезвредить.
В случайное явление императора, способного быстро передвигаться снежными порталами, невозможно было поверить. А вот компрометирующие ситуации для шантажа благочестивой невесты древнему интригану совершенно необходимы. И, если их нет, то надо воспользоваться малейшей зацепкой.
— Я вас отвлек, моя дорогая? — с циничным намеком спросил Алэр, не удостоив младшего лорда кивком, словно его тут и нет.
— Нет, ваша многоликость, — принцесса, отлично осознававшая всю опасность для ее репутации, быстро взяла себя в руки, но не могла заставить себя улыбнуться. — Наоборот, ваш визит как нельзя кстати. Я как раз просила фьера Ирдари узнать о срочной аудиенции для меня.
— Настолько срочной, что нельзя подождать и увидеться за завтраком?
— Я его пропущу. У меня нет аппетита. Мне его испортили с утра.
— И кто же посмел?
— Вы, ваша многоликость, — Летта тщательно проконтролировала в голосе пропорции убойной смеси каприза, дерзости и горечи. — Вы отправили ко мне совершенно чудовищное существо с обликом леди Марцелы, лишь отдаленно похожее на мою бывшую фрейлину. Оно напугало меня до дрожи.
— Чем же?
— Оно походило на говорящий труп! Что случилось с настоящей леди Марцелой? Она жива?
Совершенное лицо императора на миг исказилось гримасой гнева. На долю мига. Что могло так его взбесить?
— Фьер Ирдари, вы свободны, — не поворачиваясь к горцу, бросил владыка Севера. — Пусть кто-нибудь из фрейлин проследит за соблюдением приличий. Понимаю, что свита принцессы непозволительно мала для статуса моей невесты, но вы все-таки не фрейлина.
Яррен не шелохнулся, лишь вопрошающе взглянул на леди.
— Ступайте, лорд, — кивнула Летта.
Дождавшись, когда горец покинет спальню, а на пороге появится леди Исабель, император вспомнил о вопросе Виолетты.
— Разумеется, с леди Марцелой все в порядке, моя дорогая невеста. Что с ней может случиться? Она скоро вернется к вам. Но мне показалось, что мой подарок позабавит вас и скрасит ожидание.
— О нет! Я отправила ее вам обратно.
— Жаль, что вы не оценили. Но у вас еще будет возможность присмотреться и оценить. На свадебной церемонии у вас должно быть достойное сопровождение, а леди Марцела может не успеть вернуться, она забралась уже слишком далеко. Мой подарок ее вполне заменит. Раз вы не захотели принять в свою свиту фрейлин, которых предлагала моя старшая дочь, вас будет сопровождать снежить.
— Снежить?
— Именно так. Созданные ледяной магией мороки. Их называют снегурочками, снежными бабами, ледяницами, вьюжницами. Снежить — еще одно воинство Севера.
— И чем они отличаются от ласхов? Или от эйхо?
— В них нет и не было живой человеческой крови, моя дорогая. Это морок. Послушные орудия. Почти совершенные в своей неуязвимости.
— Потому вы со всей своей снежитью не смогли покорить Белогорье, которое покорилось огненным королям? — Летта гордо вздернула подбородок.
Алэр рассмеялся:
— Моя забавная невеста, не обольщайся, Белые горы не покорились никому, тем более, жалким, самоуверенным, трусливым гордецам Ориэдра… о, прости, это же твои деды. Но должна же ты когда-нибудь узнать правду. Нет, моя дорогая. Белогорье прикрыло Гардарунт своей тенью, чтобы другие соседи не порвали нужное горным лордам королевство, как тряпочку. Уж поверь, если к ним вернется Белая королева, ваше равнинное королевство уже официально станет их провинцией и кормушкой, а королевский дом Ориедра займет прежнее низкое место, если не будет уничтожен. Даже в Совет кланов не войдет. Горцы мстительны и никогда ничего не забывают. Но, милая моя, не забивай грязной политикой свою хорошенькую голову. Женщинам политика не идет, она их уродует.
Летта кивнула, ей с детства внушали, что женский ум не создан для высокой дипломатии, да и шепотки о спеси и непозволительном поведении горных лордов доносились до ее ушей, потому ничего нового она не услышала.
— Милорд, прошу простить меня, но я не приму в свою свиту вашу снежить. Мой Безымянный бог и мой духовник этого не одобрят.
— Она понадобится только на время свадьбы, дорогая, — покладисто отступил император. — И то, если не успеет вернуться леди Марцела. А к сегодняшнему вечеру леди вряд ли успеет вернуться.
— К вечеру? — всполошилась принцесса. — Нет! Нет-нет! Я не дала согласие! Только не сегодня!
Император шагнул к ней, взял за руку, поцеловал дрожащие пальчики, заглядывая в перепуганные глаза невесты.
