— Еще нет. У меня для тебя подарок, — и с той косухи появился декоративный кролик белоснежного цвета с красными глазами, грызущий кусочек морковки. — Бери! Ее зовут Болтушка, она страшно любит много есть.
— Какая милая!
— Ну… вообще-то теперь ты просто обязана каждый день мне рассказывать: как живет Болтушка? Сегодня в семь на набережной, буду ждать. Кстати, я — Антошка.
— Антошка — Картош…
— Только не называй меня картошкой… — перебил меня, теперь уже профессор Антон Николаевич. Кто бы мог подумать, что с того оборванца — забияки вырастит такой мужчина? Почему нельзя узнать наперед, кем станет, какой вырастит тот или иной человек?
— Хорошо, — я сделала вид, что согласилась и уже вечером в телефоне записала его как Антон — Батон. Вот так оборванец назначал два года: куда и во сколько прийти. Я не люблю подчиняться, но почему-то выполняла всегда его просьбы с радостью. Именно Антон первый посеял вражду между мачехой и мною. Отец успокаивал свою жену, говоря: «Это первая любовь, они еще сотни раз расстанутся», а после попал в аварию и умер. Именно в день смерти отца, я и узнала от друзей: почему получила кролика? Кролик означал его выбор пасии, как исполнение чьего-то желания в «бутылочке». Я оказалась для него игрушкой, девушкой исполнения желания за проигрыш в настольной игре для подростков. Ни уронив не одной слезинки, наверное, их уже просто не было в организме в тот день, собралась с мыслями и отослала ему курьером ответный подарок — маленькую статуэтку-кубок, на которую приклеила подпись:
«За первое место мистеру исполнителю желаний. Соблазнителю и покорителю сердец богатеньких девочек» и приложила с записку «Болтушка — единственное, что было между нами хорошего».
Сердечко долго надеялось на звонок Антона, противного исполнителя желаний, такого любимого Батона. Каждый вздох был наполнений ожиданием его сообщения: «Да это было так, но я — благодарен за это желание. Иначе бы струсил к тебе подойти. Люблю тебя, моя Енигматичка». Пару месяцев подавленная, с разбитым в душе воздушным замком, не выпускала телефон с рук, проходили дни, потом недели, а Картошка так и не соизволил позвонить. Откуда мне было знать парень, получив подарок, решил «все потеряно». Следующей осенью ушел в армию. До сих пор я вспоминаю с нежностью совместные побеги от родителей за город, задорный смех и руки, играющие на гитаре под моим окном.
Разочаровавшись в первой любви, хоть внешне это не видно, ни с кем больше не встречалась. Парнем для меня стало одиночество. Одиночество — такая жизненная остановка, отрешенности от людей. Это как ждать прибытия поезда метро одной на платформе, потом сесть единственной в вагон и думать: «Почему нет ни кого рядом в мире кишащими его обитателями?». Одиночество — это тяжелая мука, наполненная собственными диалогами, разговорами с кошкой или телевизором. В одиночестве живет тишина, которую заглушают громкой музыкой, вызывая самые искрение мысли и поселяя чувство необходимости теплоты, но не поддаются ей. И, когда уже стает жарко от обогревателя, только тогда понимаешь, что теплота должна быть душевной, заполнить все и залечить раны, но боязнь того, что раны еще больше усугубят, убегаешь от этих мыслей прочь далеко и надолго. Многие сходят с ума от такого, многие бьются в истериках в поисках плохих качеств себя, окружающих, многие заглушают свой внутренний крик социальными сетями и разными говорилками-переписками. Может, на счастье или совсем на беду, в нашем мире сложно найти таких людей, которые влюблены в одиночество от первой до последней косточки, от головы до окончания нервных клеток. Да, кто-то подумает про невменяемость таких людей, но именно мне одиночество и отрешенность стало дорогим моментом в жизни, шубой в зимние морозы. В нем я нашла себя. Нашла силы быть тем, кем я есть, пережить предательство. Это мой способ пережить боль. В молчаливом крике выносятся важные вердикты души. Забыть любовь? Как забыть дорогой душе момент, постепенно превратившейся в драгоценный урок? А главное — зачем? Я просто стала жить дальше, и с годами восстановив свой замок чувств, обгородив его не преступной крепостью. Плача в подушку, я пообещала больше ни кого так близко не подпускать и старательно держусь обещания. Если не выполнять обещанное, то, как себя потом уважать?
Поклонников и завоевателей сердца было хоть отбавляй. Виктория говорила: «Бегают, как табун упрямых баранов за овечкой, а овечка еще та с характером: этот не этот, тот носатый, тот рогатый! С такими вкусами и параметрами будет в девках до пенсии». Я ни дня не возвращалась домой без подарков. Курьеры многих служб считали мой дом постоянными клиентами и знали, как зовут по имени отчеству всех членов семьи и прислуг. Дело не только в моей, отличающей с толпы внешностью, а и противоположный пол видит во мне по большей части — мешок наследства, подходящую партию.
