Когда я предавалась этим размышлениям, в распахнутые ворота деревни Волхвов медленно вошла странно сгорбленная светловолосая молодая женщина. Сначала ее фигура удивила меня, а потом я узнала ее - это моя сестра, Дочь Бога Камня Зорица, которая была старше меня на десять лет. Муж ее погиб почти сразу после их свадьбы восемь лет назад, защищая Жертвенный Алтарь во время нападения дружины Даниила, тяжестью этого горя ее и согнуло. У Зорицы от мужа был единственный ребенок - перворожденная дочь Преслава. Через несколько дней она должна будет встать вместе с другими девочками на испытание у белой чаши в Пещере Заветов.
Зорица поднималась к алтарю, держа в опущенной вниз руке связанного за лапки живого белого голубя.
« Что-то поздновато для жертвоприношений»,- подумала я, но встала и подошла вслед за ней к костру.
- Здравствуй, Зорица! Да будут дни твои долгими,- мягко проговорила я обычное приветствие, как всегда в душе сочувствуя ей, но она… Она резко повернулась ко мне, и я даже опешила от ее внешнего вида: светлые давно не мытые волосы торчали клоками, красивое лицо с тонкими нежными чертами исказилось и побагровело, обычно ясные голубые глаза были словно подернуты пеленой безумия.
- Что случилось, Зорица?- испуганно спросила я, внутренне приготовившись к худшему.
Она не ответила мне, схватила лежащий у костра жертвенный нож, бросила птицу на алтарный камень и одним ударом отрубила ей голову. Это вообще было против всяких правил! Жертву с молитвами должна была принести волхва!
- Зорица, что ты делаешь?- вскрикнула я.
Но она, тяжело дыша и не обращая на меня никакого внимания, опустилась на колени и протянула руки к Дольмей-камню.
- Я не отдам тебе моего ребенка!- закричала Зорица высоким тонким плачущим голосом. - Никогда и ни за что ты его не получишь! Преслава- моя дочь и не уйдет от меня! Она не оставит меня одну! Не будет этого! Возьми мою жертву и хватит!- с этими словами она швырнула безголовую, окровавленную, еще бьющуюся в агонии птицу в костер.
Столб дыма, медленно струящийся вверх, качнулся, распахнулся кругом по земле, огонь слегка сбился со своего спокойного полутления , а потом яростно вспыхнул, со всех сторон жадно обхватил лежащую в центре костра тушку, и затрещал, пожирая белоснежные перья, почти мгновенно превратившиеся в язычки пламени.
Это было неслыханно! Волхвы на крик начали выходить из своих домов, а выскочившие из нашей избы Юмера и Велса бегом кинулись ко мне.
- Ты не получишь моего ребенка,- обернувшись ко мне, сказала Зорица уже более спокойно,- она будет жить со мной. Посмотри на мои руки,- она протянула мне ладони, на которых еще были видны два застаревших белых шрама.- Меня не выбрала тогда Богиня Воды. Я спрашивала себя всю жизнь, в чем я провинилась, почему я не стала Великой Волхвой, чем я не такая? И всегда отвечала себе: да, я плохая, грешная, злая, жестокая, поэтому у меня такая жизнь. И горе с мужем поэтому случилось, и одна я до сих пор с единственным ребенком, когда у моих ровесниц уже по многу детей. Одиночество и тишина рядом, знаешь как это тяжело!
- Да разве ты виновата в том, что произошло с тобою ?- успокаивающе сказала я.- Никто не знает своей судьбы. Если бы все было так просто, Зорица, если бы от того, хорошие мы или плохие зависела наша жизнь! Не бывает так, ты сама знаешь: плохие часто живут долго и счастливо, а хорошие мучаются и погибают рано. Да и как мы можем решить, кто из людей какой? Разве нам дано это определить, хороший или плохой? Разве мы можем об этом судить?
- Сейчас мне уже все равно, - ответила она,- но мой ребенок не будет так жить: если его не выберут, думать, почему, а если выберут, бросит свою мать и уйдет. У тебя нет матери, Волхва, некому было защитить тебя. А я свою дочь не отдам! Она одна у меня осталась в этой жизни! Потом через много лет отвыкнет от меня и будет совсем чужой. Кто подаст мне воды, если я заболею? Кто утешит в старости? Кто закроет глаза, когда я умру? Это несправедливо, Волхва! Я не отдам вам моего ребенка!- с этими словами резко повернувшись, Зорица бросилась прочь от алтаря, и не успели мы опомниться, как она выбежала за ворота.
- Не первый раз такое,- печально сказала Юмера, она была старше меня и Велсы и помнила гораздо больше.- Когда я была ребенком, одна мать из нашего племени Медведей бросилась в Плещин озеро с обрыва, потому что ее дочь стала волхвой на Праздник Передачи Силы, и она вынуждена была отдать ее на служение Богу Камня. С тех пор мы никого не уговариваем, это запрещено. Мать решает за ребенка, это ее воля. Но кроме Преславы есть в конце концов и другие девочки.
- Да это раньше их было много, Юмера,- возразила ей Велса.- А вот этот год вообще незадача: родилось семь лет назад пятеро, Улада умерла не дожив до года, Зорица Преславу не отдает, значит всего трое. А ведь вместе с Илгой
в Пешере Заветов тогда десять лет назад стояло восемь девочек, да две отказались, значит родилось в два раза больше, чем семь лет назад. В этом году еще хуже: у Дочерей Бога Камня всего две девочки перворожденные, остальные мальчики.
