— Ваша Светлость, — Шеридан присела в реверансе. Викториан поклонился и поцеловал ей руку.
— Вы очаровательны, — его взгляд пронизывал, зачаровывал, а улыбка заставляла сердце трепетать ещё больше.
— Благодарю вас ваша светлость, — несмотря на волнение, получилось, очень даже спокойно. — Как поживаете? — спросила девушка.
Викториан улыбнулся, — Прекрасно. В свою очередь, могу я поинтересоваться? Всё ли вас здесь устраивает?
— Да, всё замечательно. Викториан с сомнением на неё посмотрел. Шеридан улыбнулась, — Признаться, знай я заранее, об истинном количестве приглашенных, наверное задумалась бы, хочу ли я променять тихий спокойный отдых в саду Ронвелл-Холла, на всё это, — она обвела рукой зал. — Герцог улыбался ей, — К тому же, теперь никаких сомнений не осталось, что её светлость, знала наверняка, чем апеллировать, чтобы я согласилась.
— И чем же? Если не секрет.
— Предполагалось, что само название «Белые луга», должно навести на мысль, о бескрайних просторах. По крайней мере, именно так нарисовало моё воображение. И, я искренне надеялась задать Ронви, не малый пробег по этим самым, «Белым лугам». А как оказалось, луга и вовсе не луга. Согласна, всё очень красиво, столько прекрасных насаждений, лес не далеко, свежий воздух и всё такое.
— Но…?
— Но, — она задумалась, Шеридан даже не заметила, как разговор перешёл в жалобу с её стороны. Притом что на вопрос, всё ли её устраивает, она ответила, «Все замечательно». Она виновато улыбнулась. — Простите, никто не виноват, что я не так все себе «расписала».
— Вы не изучали программку? — спросил он, зная, что обычно всё расписано на все дни. Сам он, даже не заглядывал в предложенный ему лист. — Уверен там, найдется прогулка верхом, думаю это обязательная программа, для желающих.
— Конечно изучала, сейчас вспомню, — она задумалась. — Завтрак для тех, кто рано проснулся, чаепитие, завтрак для тех, кто спал до обеда, — она понизила голос, чтобы кто не услышал её. И продолжила шутя, — Затем обед, прогулка и различные игры. И, о Боже! — словно в ужасе прикрыла рот ладонью, — Снова сон! — дальше заговорила равнодушно, — ужин, танцы и так далее. Вероятнее всего где-то между сном, едой, опять сном, опять едой и танцами, всё же найдётся время для верховой езды.
Викториан засмеялся, — это хорошо что, учитывая явное разочарование, вы продолжаете шутить.
— Учитывая, что явное разочарование, испытала я одна, осмелюсь предположить что, остальных дам или леди, как вам угодно. В общем, их интересует совершенно иное.
— Но, вы не задумывались, что именно это и делает вас особенной? Румянец окрасил щёки девушки. — Я обещаю, — его забавляло её смущение, — организовать вам, прогулку верхом.
— Благодарю вас, ваша светлость, — она присела в лёгком реверансе, — но, не думаю что это хорошая идея. Вы итак уделили мне, слишком много внимания. Того и гляди, всё решат что вы слишком меня опекаете, думаю что даже, найдутся такие, кто подумает что и здесь вы появились из-за меня, — она поклонилась, — Я вернусь к себе, устала от шума, — Шеридан повернулась уходя как услышала.
— И будут совершенно правы, — ответил он. Шеридан остановилась, задержалась на секунду и проследовала дальше, со всех сил сдерживая улыбку. «И будут правы», повторила она мысленно, «Это признание, сродни признанию в… в чём?» она закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. — И будут правы, — тихо повторила она, — он признался, что приехал ради меня? — сердце бешено стучало, казалось ещё немного и оно выпрыгнет из груди. «Необходимо успокоиться», Шеридан закрыла глаза.
Весь вечер она обдумывала сказанное им, «Не могла же я всё придумать? Или могла?», чем больше Шеридан рассуждала, тем больше убеждала себя, что скорее всего, просто что-то не так поняла. Совершенно точно решив, сегодня вниз не спускаться Шеридан пришла к выводу что завтра, непременно всё разъяснится, «И вообще, возможно он ответил не на последнее её высказывание, а про излишнюю опеку». И дабы не изводить себя попусту, девушка отправилась в кровать, «Хороший сон ещё никому не навредил». Вот только это оказалось не так то и легко, помимо музыки доносившейся снизу, её желанию выспаться, мешало буквально всё, жара, смех прогуливающихся парочек за окном, которое она открыла, чтобы избавиться от жары и, которое всё же пришлось закрыть, дабы не слышать доносившийся шум с улицы. Так она и уснула, ворочаясь и злясь, сбросив на пол одеяло и все подушки.
