Любовь Искариота полностью

Иуда тоже лжёт, но все вокруг не меньше. И, если кто обманут – это я! Мне приходилось в разных быть краях и всюду правят ложь с обманом. Но я ничуть не вижу это странным. Хотя, обидно иногда. Случалось, что один и тот же по многу раз обманывал меня. К примеру, тот, что у вельможи его богатство охранял. Сознался мне он, что не может перебороть свой вечный страх. Поверил я ему в сердцах и, как вы думаете, что же? Сказал: боюсь, а сам… украл. Я и тогда ему поверил, а он Иуде вновь солгал и возвратил всё до обола. Да что там люди, помню, молод ещё я был и встретил пса лежащего в пыли возле дороги. Хотел я приласкать – он палец покусал.

(показывает палец)

За палку взялся – лижет ноги.

(вздыхает)

Я пса того убил. И закопал потом. И камнем придавил огромным посильнее. Но может от того, что я его убил, он стал ещё проворней и живее и лает где-то весело сейчас, вертя своим хвостом мохнатым?

(все смеются)

Ну вот, я вам солгал чуть-чуть. За это можно виноватым считать Иуду, или нет? Я пса не убивал. А, пусть себе живёт.

(Иуда смеётся один)

Пётр(строго): Ну, а твои, Иуда, мать с отцом, какие они были люди?

Иуда(разводит руками): А кто был мой отец? Может быть тот, что розгой бил меня? Петух ли? Дьявол ли? Козёл? Откуда мне-то знать всех тех, с кем длинными ночами делила ложе мать, откуда? Отцов так много у Иуды. Который точно нужен вам?

Матфей: Ты вспомни: «кто злословит отца и мать свою, того светильник погаснет среди тьмы глубокой!»

Иоанн: А мы? О нас дурного сколько Иуда может рассказать?

Иуда: Ах, искушают, искушают Иуду бедного опять.

Все снова смеются. Пётр отводит Иуду в сторону.

Пётр: Ну, а Иисус? Что думаешь о нём? И не шути, тут было шуток много.

Иуда(вкрадчиво): А ты что думаешь?

Пётр: Я? Я. Я думаю, что он – сын Бога.

Иуда: Причём тогда Искариот, чей папа был козлом?

Пётр: Но ты Иисуса любишь?

Иуда: Люблю.

Пётр уходит, Иуда возвращается к ученикам.

Фома(задумчиво): И всё же ты скажи мне честно…

Иуда: Уйди, Фома. Потом, потом.