У здания роддома, как только Евгений выходит из машины, к нему сразу подбегает мужчина. Внешне они и правда похожи. Реально братья. Только мой новый знакомый явно старше.
Новоиспеченный отец ярко жестикулирует, пару раз матерится, громко смеется. Евгений хлопает его по плечу, а потом показывает на меня. Киваю, и они оба тут же подходят к двери. Опускаю стекло.
— Макс.
— Светлана.
— Запишите контакты моей жены сразу. Думаю, через недельки полторы, она с вами свяжется. Вот вы, женщины, заморачиваетесь по ерунде. Поправилась и поправилась, будто я ее любить от этого меньше стал. Такого богатыря нам родила. Жека пять кило! Поверить не могу.
Они снова говорят про ребенка, я слушаю вполуха.
Когда Максим уходит, Евгений упирается ладонью в крышу моей машины.
— Светлан, кофе выпить не хочешь? Я угощаю.
Заторможено моргаю. Сколько лет я не ходила с мужчинами на кофе? С юности.
В памяти сразу всплывает Лешка Ефремов — мой одноклассник. В одиннадцатом, он часто звал меня в бистро через дорогу от центральной площади. В нашем поселке с заведениями в принципе была напряженка.
— Уже поздно, — проверяю время. Половина второго ночи.
— Двадцать минут. Поехали, расскажешь, что у тебя там случилось.
— А у меня что-то случилось? — смотрю на Евгения и понимаю, что его простятский тон меня раздражает. Вот это желание выслушать тоже. Мы не друзья. И даже не близкие знакомые. То, что происходит в моей жизни, абсолютно не его дело.
— Ты сама сказала. Какие-то личные проблемы. Разве нет?
Смотрим друг на друга не моргая. Пока я соображаю, что ответить и стоит ли дерзить, мой новый знакомый огибает капот и залезает в салон.
— Тут недалеко есть круглосуточная шаурмичная. Там готовят хороший кофе, Светлана.
Шаурмичная…
Света, тебе скоро тридцать, а ты тратишь свою жизнь на козла мужа и мужика, который зовет тебя в шаурмичную.
Боже, куда катится моя жизнь?
— Едем?
Евгений пристегивается и упирается в подлокотник.
— Ладно, — сдаюсь, исключительно из интереса.
Мужик в спортивном костюме, на дорогущем мерсе, у которого есть свой юрист, зовет меня в шаурмичную. Что будет дальше? В забегаловке из-за штор выскочат люди и закричат «розыгрыш»?
Трогаюсь и медленно выезжаю на пустынную дорогу. Едем молча. Евгений залипает в телефоне, я же, не отрываю взгляд от своей полосы.
— А вы чем занимаетесь, Евгений? В смысле, кем работаете?
— Интересного мало. В основном инвестициями.
— В нашем городе? — не могу сдержать смешок. Ойкаю и извиняюсь. — Во что здесь инвестировать?
— Не только в нашем городе, — он отвечает спокойно. Его мои дурацкие реакции не напрягают и не задевают, слава богу.
— Ясно, — поджимаю губы и сворачиваю к заведению с горящей вывеской. Снаружи выглядит не как клоповник.
Внутри, кстати, тоже. Свет яркий, стены не грязные, мебель простенькая, но чистая. Столы протерты, и запахов гадких тоже нет.
Присаживаюсь. Евгений занимает место напротив, после того, как заказывает для нас кофе.
Осматриваюсь и улыбаюсь.
Мой новый знакомый приподнимает бровь. Смотрит с интересом.
Теперь-то я прекрасно вижу цвет его глаза. Серые. Не безликие, как это часто бывает. А очень яркие и выразительные.
— Что? — спрашивает, рассматривая меня так же пристально.
— В студенчестве мы часто вот так сидели, — вздыхаю, и будто в прошлое погружаюсь. — После клуба заваливались в какие-нибудь ночные фастфуды или кофейни. Болтали, смеялись. Такое классное время было. Никаких проблем, хотя тогда, кончено, казалось иначе. Мы приходили компанией, просили разрешения сдвинуть столики. Заказывали кучу всякой вредной еды и ждали, когда начнут пускать в общагу. Иногда по городу бродили. У вас не так было? Или вы местный?
— Я после школы сразу пошел работать. Мать нас одна с Максом тянула. Учиться в университете ни времени, ни возможности не было. В моем школьном аттестате всего одна четверка, остальные тройки. Все, что мне светило — это ПТУ или какой-нибудь паршивый колледж.
— Это ужасно, — искренне сожалею, — не тройки, а то что пришлось так рано начать работать.
— Я не жалуюсь. Хороший жизненный опыт, — Евгений пожимает плечами, и в этот момент нам приносят кофе.
— Спасибо, — касаюсь чашки и делаю маленький глоточек. — Вкусно, — прикрываю глаза.
Действительно, очень вкусный кофе. Честно говоря, даже лучше, чем в известной сетевой кофейне напротив нашего офиса. Удивительно…
— Твоя мама-герой. Одной воспитывать двоих сыновей…
— Она очень сильная женщина. Ты вон такая же боевая.
Он снова пристально смотрит, а я теряюсь. Это комплимент такой? Хороший или плохой? Быть сильной это же прекрасно, правда?
Улыбаюсь и быстро перевожу тему.
— Вы с братом очень похожи. У вас большая разница?
— Семь лет.
Опять смотрим друг на друга. Натянуто улыбаюсь и опускаю взгляд в чашку, нервно постукивая ногой под столом. Странная ночь.
Евгений закатывает рукава худи и меня берет оторопь. Все открытые участки кожи от кистей и выше изрисованы татуировками.
