| It was very like a sea, this deadly languor, that rose and rose and drowned his consciousness bit by bit. | Это чувство поднималось волной и мутило сознание. |
| Sometimes he was all but submerged, swimming through oblivion with a faltering stroke; and again, by some strange alchemy of soul, he would find another shred of will and strike out more strongly. | Временами он словно тонул, погружаясь в забытье и силясь выплыть, но каким-то необъяснимым образом остатки воли помогали ему снова выбраться на поверхность. |
| Without movement he lay on his back, and he could hear, slowly drawing near and nearer, the wheezing intake and output of the sick wolf’s breath. | Он лежал на спине неподвижно и слышал, как хриплое дыхание волка приближается к нему. |
| It drew closer, ever closer, through an infinitude of time, and he did not move. | Оно ощущалось все ближе и ближе, время тянулось без конца, но человек не пошевельнулся ни разу. |
| It was at his ear. | Вот дыхание слышно над самым ухом. |
| The harsh dry tongue grated like sandpaper against his cheek. | Жесткий сухой язык царапнул его щеку словно наждачной бумагой. |
| His hands shot out-or at least he willed them to shoot out. The fingers were curved like talons, but they closed on empty air. | Руки у него вскинулись кверху - по крайней мере он хотел их вскинуть - пальцы согнулись как когти, но схватили пустоту. |
| Swiftness and certitude require strength, and the man had not this strength. | Для быстрых и уверенных движений нужна сила, а силы у него не было. |
| The patience of the wolf was terrible. The man's patience was no less terrible. | Волк был терпелив, но и человек был терпелив не меньше. |
| For half a day he lay motionless, fighting off unconsciousness and waiting for the thing that was to feed upon him and upon which he wished to feed. | Полдня он лежал неподвижно, борясь с забытьем и сторожа волка, который хотел его съесть и которого он съел бы сам, если бы мог. |
| Sometimes the languid sea rose over him and he dreamed long dreams; but ever through it all, waking and dreaming, he waited for the wheezing breath and the harsh caress of the tongue. | Время от времени волна забытья захлестывала его, и он видел долгие сны; но все время, и во сне и наяву, он ждал, что вот-вот услышит хриплое дыхание и его лизнет шершавый язык. |
| He did not hear the breath, and he slipped slowly from some dream to the feel of the tongue along his hand. | Дыхание он не услышал, но проснулся оттого, что шершавый язык коснулся его руки. |
| He waited. | Человек ждал. |
| The fangs pressed softly; the pressure increased; the wolf was exerting its last strength in an effort to sink teeth in the food for which it had waited so long. | Клыки слегка сдавили его руку, потом давление стало сильнее - волк из последних сил старался вонзить зубы в добычу, которую так долго подстерегал. |
| But the man had waited long, and the lacerated hand closed on the jaw. | Но и человек ждал долго, и его искусанная рука сжала волчью челюсть. |
| Slowly, while the wolf struggled feebly and the hand clutched feebly, the other hand crept across to a grip. | И в то время как волк слабо отбивался, а рука так же слабо сжимала его челюсть, другая рука протянулась и схватила волка. |
| Five minutes later the whole weight of the man's body was on top of the wolf. | Еще пять минут, и человек придавил волка всей своей тяжестью. |
