Ему, оказывается, исполняется семнадцать на следующей неделе. Полицейский прокомментировал это, когда забирал права и регистрацию.
Клайв и Брэдли стоят позади нас, Шейн и Элли – позади них. Офицер обошел все три автомобиля и идет обратно. Мы сидим здесь уже несколько минут. Парнишка удручен.
– Подумай, сколько ты получишь денег ко дню рождения, – пытаюсь я его утешить. Я уже увеличила премию с двухсот до двухсот пятидесяти.
Но он не веселеет. Его подводка слегка расплылась.
Полицейский останавливается у окна и отдает парнишке документы.
– Отпускаю тебя с предупреждением… Вы! – Он указывает на меня. – Выходите из машины.
– Выходить? – Черт, он что, арестует меня? Меня отправят в тюрьму? У меня нет с собой бумажника, нет никакого удостоверения личности. Открываю дверь и оглядываюсь на парнишку. – Я пришлю тебе деньги. Обещаю. На адрес «Ривер пейнтбол».
– Следуйте за мной. – Полицейский проходит мимо своей машины и приближается к машине Клайва. Куда это он? Замедляю шаг, чтобы посмотреть, куда он направляется. Он проходит мимо, тогда я продолжаю идти.
В машине Клайва опущены стекла. Я наклоняюсь и вижу Брэдли на пассажирском сиденье.
– Ты козел, – говорю я ему.
Затем смотрю на Клайва.
– Я возьму в счет отпуска дни до конца недели.
Клайв кивает, и я иду дальше.
– Кензи! – окликает меня Брэдли.
Продолжаю идти за полицейским. Тот останавливается возле «Рендж Ровера» Шейна. Не могу смотреть ему в глаза. Не хочу знать, что он думает обо мне и всей этой истории. Я раздавлена.
– Отвезите ее домой, – говорит полицейский Шейну и Элли. И смотрит на меня. – И вы правы, он козел.
Не знаю, что они ему рассказали, но он самый крутой полицейский из всех, каких я встречала. Благодарно улыбаюсь и открываю заднюю дверь. Клайв и Брэдли отъезжают, офицер возвращается в свою машину, а Шейн смотрит на меня в зеркало заднего вида и явно собирается что-то сказать.
– Не надо, – просит его Элли и перелезает назад, чтобы сесть рядом со мной.
Шейн, не говоря ни слова, выруливает на дорогу и разворачивается. Мы должны вернуться на пейнтбольную площадку, чтобы я забрала свои вещи.
Со вздохом кладу голову на плечо Элли. Адреналин испарился, оставив после себя звенящую пустоту. Я покинута, предана… и побеждена. Я одна, без руля и ветрил. И без компаса.
Планов никаких. Ошеломительный провал.
Фургон «Ривер пейнтбол» уже вернулся. Парнишка разговаривает с мужчиной, по виду менеджером. Я до сих пор не сказала ни слова. Элли сидит рядом. Клайв и Брэдли ждут нас у входа. У Брэдли в руках мои сумки, он забрал их из шкафчика.
– Я принесу. Вы, ребята, оставайтесь здесь. – Элли уходит раньше, чем я успеваю что-то сказать.
Шейн выходит из машины. Некоторое время он молча стоит перед открытой дверью. Я не могу на него смотреть. Я застыла.
– Может, поедем ко мне на ферму? Там тихо, я оставлю тебя одну. Хорошо? – Он протягивает мне руку. Красивые у него руки. – Пойдем.
Он пересаживает меня с заднего сиденья на пассажирское. Не говоря ни слова, притягивает и закрывает дверь.
Элли возвращается с сумками и вручает их Шейну. Стучит в мое окошко. Я поднимаю взгляд, и она одними губами говорит: «Люблю тебя».
Я тебя тоже люблю, детка.
Шейн садится за руль и заводит двигатель. Опустив плечи, склоняюсь к двери и прижимаюсь лбом к стеклу. Искаженное отражение отвечает мне унылым взглядом.
Черт! Волосы у меня забрызганы краской!
За окнами уже темно. Мы съехали с главного шоссе и теперь едем по проселочной дороге. Фары встречных машин освещают салон джипа краткими вспышками. Шейн молчит, только искоса поглядывает на меня, когда время от времени меняет радиостанции или регулирует обогрев.
Я не знаю, что говорить, поэтому за всю дорогу не сказала ни слова. Ни одного. То есть я даже не знаю, с чего начать. Весь сегодняшний день – непрерывная череда катастроф. Мои планы не направили мою жизнь в новое русло. Они перепутались, обернулись вокруг моих ног и подвесили меня вниз головой.
Подавив смешок, стираю влагу под глазами и тру лоб. Шейн вопросительно смотрит.
– Насыщенный выдался денек.
Ну вот, ко мне вернулся дар речи.
Я вознаграждена теплой улыбкой.
– Точно, – тихо говорит Шейн.
Наверняка он решил, что выбор был сделан за меня.
– Я порвала с Брэдли еще во время обеда, раньше, чем узнала. Тоня думала, что причина в ней, и поэтому выдала себя.
Смотрю на него и перевожу взгляд на свои руки.
На палец без кольца.
Он вдруг останавливает машину на обочине.
– Что ты делаешь? – удивляюсь я.
– Кенсингтон, ты два с половиной часа молчала. Я слушаю. – По его тону я понимаю, что он готов меня поддержать, но объяснений не требует.
Кусая ноготь, подыскиваю нужные слова.
– Я разорвала помолвку после того, как поговорила с тобой. Однако решение приняла вчера вечером. – Я добавляю последнюю фразу, чтобы заверить его, что это мое собственное решение, а не им навязанное.
Мимо проезжает машина. Луч света сгоняет тени с лица Шейна и играет золотыми бликами в его глазах.
