Она протянула ему серебряные монеты на ладони. Вон взглянул на них, а затем вновь уставился на нее, будто вот-вот просверлит взглядом. Похожи. Вот, о чем он думал. Возможно, из-за ребенка, что вцепился ей в юбку. Девушка, что пытается защитить кого-то, защитить ребенка. Перед глазами Вона встал образ Сан. Да и ребенок чем-то походил на малыша, которого он когда-то повстречал в Покчжончжане. Хотя на самом деле девушка не была похожа на Сан. В сравнении с той она, конечно, не была уродиной, но и выдающейся красотой не отличалась. Кроме того, корни у корёсцев и асов были разными. И все же Вон уверял себя, будто девушки похожи. Свою роль в этом, конечно, сыграла и ее непокорность.
«Наверное, все потому, что я много выпил, – подумал Вон. – Да, точно в выпивке дело». Тень Сан, которую он на мгновенье разглядел в этой девушке, покрыла ее целиком, и наследному принцу стало видеться, будто перед ним стоит сама Сан. Ее огромные черные, будто обсидиан, зрачки расширились от страха, когда Вон шагнул ближе. «Сан смотрит так на меня! – удовольствие, затопившее его сердце, обернулось жаром. – Посмотри на меня как на мужчину. Не на Лина, на меня». Он обхватил ее ладонь своей и подхватил серебряные монеты. С его алых губ сорвалось хриплое:
– Этого недостаточно.
Она отбросила ладонь Вона.
«Все из-за выпивки», – подумал Лин. Если б не напился, и не подумал бы забрать отсюда девушку и отправиться с ней домой. Вон, конечно, предлагал ему совместный поход в дом терпимости и намекал на собственный опыт в общении с женщинами, но все это было лишь в шутку. Прежде всего Лин был его шурином и близким другом. Но ни разу он, распахнув глаза, не клялся в любви к его сестре. Наследный принц – его король и мужчина, и он волен взять любую понравившуюся девушку, когда пожелает.
Удостоверившись, что Вон с девушкой вошли в комнату, Лин вновь вышел из дома. Тяжелая горечь заполнила его сердце. Вон сегодня был ужасно странным. Было ясно: его мучили переживания, о которых он не мог поведать. И утешение Вон нашел не в нем, а в случайной незнакомке! Всю ночь Лин гнал коня за крепостными стенами.
Вон не стал зажигать свет. Ему казалось, что лишь в темноте образ Сан, окутавший эту девушку, останется с ним. Он грубо распустил ей волосы. Когда ее опавшие волосы скрыли лицо практически целиком, ему стало намного легче.
«Сан, ты Сан», – твердил он себе, будто заклятие, спускаясь прикосновениями вниз к ее вырезу. Он чувствовал, как ее кожа дрожала в тех местах, где он оглаживал девушку. Ему это нравилось. Вон опустил свои ладони вниз по ее плечам, прошел по ключицам и обхватил ее грудь сквозь одежду. Комната наполнилась звуками тяжелого дыхания. Никогда прежде он не слышал стонов Сан. Как ни абсурдно это, он вдруг задумался: а слышал ли их когда-нибудь Лин? Их страстные поцелуи он уже видел. «Да, точно слышал», – подумал он и тут же пришел в ярость. Вон одним махом сорвал одежду с девушки. Она стала извиваться в смущении, но он силой уронил ее на постель.
– Кроме того, что я видел, что еще вы с ним делали?
– О чем ты…
– Молчать! Ни слова! – кричал он на корейском, и она, не понимая, чего он хочет, оставалась безмолвной, как он того и желал. Странный он человек. Хотя ее и возмущало, как злостно прикасались к ней его грубые руки, она не могла устоять перед этим юношей, чья красота превосходила женскую. «Неужто он жаждет меня так сильно?» – наивно думала она. Но вскоре он стал насильничать пуще прежнего, будто высмеивая ее легковерность. Он обходился с ней по-животному, и в конце концов она оказалась на грани обморока.
Но что это за волшебная улыбка? Мягкая, теплая и такая сладкая. Он либо чудовище, либо безумец – не иначе. Откинув волосы, полностью застилавшие ей глаза, она попыталась взглянуть в глаза монстру, грубо толкавшемуся в нее. Попытка была бесполезной. Стоило ей открыть свое лицо, он тут же схватил ее за волосы и зарыл лицом в одеяло.
Ей хотелось умереть. Одеяло пропиталось слезами. Знай она, что все будет так, не пошла бы за ним. Она была не куртизанкой с улицы, а дочерью предводителя миягатов[36] от племени асов – выдающегося храбреца среди императорских кэшиков[37]. Будь у него родословная хоть как у самого императора, обращаться с ней так он не смел. А ведь она до сих пор не знала ни имени, ни положения этого человека. И сам он не спросил, кто она. Да где такое видано. Она закусила губу так сильно, что оттуда полилась кровь. Влюбилась с первого взгляда, а он к ней так отнесся!
Вдруг он со всей нежностью поцеловал ее в шею. Она, обессилившая от гнева и безнадеги и прежде обмякшая, подобно трупу, вздрогнула от испуга.
– Прости, Сан. Прости… – Куда бы ни подевалось поглотившее его прежде безумие, он продолжал нашептывать ей извинения, мягко и нежно поглаживая девушку. – Сан, Сан…
Он, выдыхавший на нее пары крепкого алкоголя, совсем растерял всякие силы и повалился на кровать. Когда девушка с большим трудом повернулась, у нее вырвался непроизвольный стон. Горящими злобой глазами она уставила на Вона. Тяжело дыша, он спал лицом к потолку.
