Любовь мстителя полностью

— Приятно познакомиться, Алек. — Ее улыбка наткнулась на странно ласковую улыбку, предназначенную ей. О, Боже. За этим мужчиной, должно быть, выстраивается очередь из женщин длиной с целый квартал. Не удивительно, что Габриэль почувствовал угрозу, когда заметил ее взгляд на него.

Алек отпустил ее руку, и та вновь была сжата обеими огромными ладонями азиата.

— Очень польщен, Ева, — произнес он, изящно поклонившись. — Добро пожаловать.

Пожаловать куда?

— Ах, спасибо, Куан. Рада снова тебя видеть.

Габриэль сделал знак отвалить, и Куан, закатив глаза, отпустил ее. Он быстро двинулся на выход.

— Пойдем, — велел Габриэль, переплетая их пальцы вместе и потянув за собой. Алек следовал сзади.

Чувствуя себя в большей безопасности, чем все последние дни, Ева позволила увести себя. Она могла только надеяться, что готова к тому, что ее ждет.

Стефано в одиночестве стоял и осматривал купленную пять лет назад разоренную фабрику. Рассвет все еще не просачивался сквозь грязные окна. Мужчина не мог вспомнить, когда последний раз появлялся здесь один. Обычно с ним был Фурио. Но его заместитель пожелал поехать в Сиэтл. Сказал, что разнюхает обстановку и изучит все детали, а потом даст знать, что будет дальше. Уж он это сделает. Фурио был бы не Фурио, если не докопается до всех чертовых деталей.

Моретти обвел взглядом пыльный, усеянный мусором пол и пнул перевернутый поломанный до неузнаваемости офисный стул. Городские власти постоянно наседали, чтобы снести это место, и даже пара хороших взяток не смогла исправить положение.

Телефон ожил, оповещая о сообщении. Стефано выловил его из кармана и увидел, что это от Фурио.

«Похоже, эту ночь она проведет с ним».

Мужчина нахмурился, немедленно поняв, что заместитель имел в виду Еву и Габриэля.

«Откуда ты знаешь?».

«Перепих. С ее стороны незапланированный. Но не со стороны Гейба. Входят в отель с Тарасовым и Мао».

Что-то странное и тревожное забурлило, словно пузырьки газировки, в животе. За девушку. Глупо, правда, учитывая, какие планы на нее были у Стефано. Но Габриэль убил последних трех женщин, с которыми трахался. Жестоко. Стефано до сих пор не понял причины, но это было на совести брата.

Что если Габриэль сделает то же самое с Евой Джейкобс?

Дерьмо. Он все еще помнил, как читал статьи в «Сиэтл Таймс», видел накрытые тела тех девушек с подробным описанием травм. Он пытался скрыть шок, когда Фурио сопоставил эти фото со снимками Яна Престона. Как Габриэль покидал театр, отель и клуб с каждой девушкой, по очереди. Стефано не знал, что его брат был способен на такую изощренную жестокость. Особенно по отношению к женщинам. В тот день Габриэль пал еще ниже в глазах Стефано.

Он думал, что это уже невозможно.

Мысль, что черноволосая красавица на фотографии может оказаться следующей, не нравилась Стефано. Наверно потому, что он начал видеть в Еве человека, а не только средство для достижения цели. Невинную девушку, которая, конечно же, не заслуживает умереть как другие три, чьими телами грубо попользовались перед смертью. Почему было нельзя просто пристрелить? Мгновенная смерть, не такая мучительная и грязная.

Стефано покачал головой. Они, вероятно, тоже не заслуживали ее, но он не был уверен. Престон добыл информацию о Еве, так что кое-что было известно. Начинал ощущать небольшое сходство. Мать растила ее в Сиэтле в одиночку. Он тоже рос в Нью-Йорке без отца, но совершенно в других обстоятельствах. Мать Евы погибла несколько месяцев назад в ужасной аварии. Его мать тоже умерла, но не из-за несчастного случая. Ее убил Фурио, собственный заместитель Стефано. Каждый день Ева жила под тенью Габриэля Моретти. И Стефано, что бы ни делал, никак не мог выбраться из-под тяжелой тьмы, вызванной этим испорченным ублюдком.

Мужчина зажмурился. Он отмахнулся от чувства симпатии к Еве, приписывая его к раздражению от того, что Габриэль может испортить его шанс отомстить, убив девушку первым. Дерьмо. Он чуть не рассмеялся. Борьба за то, кто первый заберет жизнь невинной девушки. Как они могли зайти так далеко?

Стефано взял телефон и набрал номер Фурио. Печатать раздражало.

— Да, — ответил младший босс.

— Ты не думаешь, что она вернется? — спросил он, желая сам оказаться там, чтобы оценить ситуацию.

— Ни единого шанса.

— Как ты так быстро нашел ее? — полюбопытствовал он. — Ты же только прилетел.

— Я установил маячок на Престона в Нью-Йорке. Нашел его. Он рассказал, где мне нужно быть.

Самодовольный ублюдок.

— Умно, — пробормотал Стефано. Но самостоятельные решения не всегда были хорошим делом. — Значит, Габриэль ее трахает. — Теперь это факт. Интересно, к чему были все ухищрения, когда они находились рядом в Нью-Йорке? Что-то в этих отношениях до сих пор не укладывалось.