— Надень пока, — Леон снял свою футболку и помог мне надеть, оставшись с голым торсом. — Парни, поищите её одежду.
Разорванная кофточка валялась рядом. Сил стоять у меня не было, поэтому я села прямо на неё. Кто-то из охранников начальства нашёл мои джинсы. Но надеть их было невозможно. Они упали прямо в грязную лужу и полностью намокли.
— Собираем всю одежду и забираем с собой. Всё забираем, чтобы ничего не осталось, — распорядился Стас, держа пистолет у головы Тохи. На секунду отнял, чтобы ткнуть им в опавший член последнего. — Гондон сам снимай и в пакет бросай. Иначе вместе с хуем отстрелю.
Тоха бросился выполнять приказ, пытаясь оправдаться:
— Мужики, перетереть надо. Какая-то накладка вышла. Шалаву эту нам подробно описали. Там, на телефоне, даже фото есть. Кому-то не нравится, что босс её трахает. Да пусть трахает, если хочет. Мы чуток испугали, может. Больше ничего не успели. Целенькая, сами посмотрите.
— Вся проблема, баран ты тупоголовый, в том, — хмыкнул Стас. — Что как раз босс её трахнуть и не успел. И тереть нам с тобой нечего. После нашего босса целеньким ещё никто не остался. Там не то, что трахать, зашивать уже нечего.
— Стас, потом языком почешешь, — произнёс Леон Русланович, вновь присаживаясь рядом со мной на корточки. — Идти сама сможешь?
— Нет, — честно призналась я. Меня стал бить озноб, а ног я совершенно не чувствовала. Ничего не чувствовала, кроме ужаса того, что еле не случилось. В голове по-прежнему звучали их страшные слова. Если бы всё это произошло…
— Холодно? — нахмурился Бесов, заметив, что меня стало трясти.
— Нет, — снова покачала я головой. — Очень страшно. Они такое говорили…
— Я слышал, Лиза, — голос мужчины стал чуть мягче. — Посмотри на меня. Ты справилась, ты всё сделала правильно.
Прежде, чем посмотреть на него, поднимая голову, я увидела взгляд Стаса. Равнодушие. Он сам со мной сделал бы тоже самое. И сделает. Если я окажусь по другую сторону баррикад.
— Жень, — продолжил Бесов. — Возьми девушку на руки и отнеси в мою машину.
Глядя, как ко мне приближается один из парней охраны, я поняла, что заору, если он или кто-то другой ко мне прикоснётся. Бросила на начальника умоляющий взгляд:
— Не надо меня трогать. Я сама дойду. Если можно, к себе домой. Здесь недалеко, — кое-как опираясь о землю я сумела подняться и, сильно шатаясь, сделала несколько шагов. Я не думала в каком направлении иду, что мои ноги босы и я через пару метров разрежу их о валяющееся кругом битое стекло, что моя сумочка с ключами от квартиры осталась в машине ублюдков. Скорее покинуть это страшное место, уйти от всех, глядящих в мою сторону, мужчин.
— Лиза, ты в себе? — Бесов крепко обхватил меня руками, потому что я стала вырываться. — Лиза, это я. Успокойся.
Но меня накрыла самая настоящая истерика. Когда из моей квартиры уходил дядя Дима, разгромив её, я думала, что самое страшное уже случилось. Теперь я знала, что может быть ещё страшнее. Но я не предполагала, что в ближайшем будущем, оказывается, будет ещё ужаснее.
— Лиза, — несколькими крепкими пощёчинами начальник привёл меня в сознание. — Сейчас я возьму тебя на руки. Сам. Больше никто до тебя не дотронется. Потерпишь?
Я кивнула. Уткнулась лицом в его обнажённый торс и затихла. Я не могу сказать, что я его не боялась или, что при его прикосновениях у меня в животе оживали бабочки, готовые ради него лететь в адский огонь.
Даже теперь, несмотря на своё нестабильное состояние, я понимала, что и он пришёл мне на помощь не из-за собственной доброты или личной симпатии. Он всё ещё не нашёл того, кто зачем-то подменил договор, убил Катю и пытался расстрелять нас. Хотя я всё ещё не понимала, каким именно боком я оказалась замешенной во всей этой истории, Бесов, похоже, думал иначе.
Или решил придержать меня для роли наживки, когда он дождётся подходящего момента, чтобы забросить свою собственную удочку. А наживка, как известно, всегда более аппетитная, пока живая. Как правило, именно на такую, попадается самая крупная рыба.
— Лиза, скажи что-нибудь? — спросил он, когда мы сели в машину. — Тошнит?
— Теперь нет. Там вытошнило, — ответила я, и услышала облегчённый выдох водителя. Обрадовался, что не придётся отмывать после меня машину.
— Тогда поехали. Виктор, сразу домой, — дал распоряжение начальник.
Следом за нами двинулась машина с охраной, но ни Стаса, ни моих, к счастью, несостоявшихся насильников в ней не было. Выезжая с пустыря, водитель немного притормозил, разминувшись с ещё одной машиной. Так как автомобили проехали буквально в сантиметре друг от друга, я увидела, что номеров на ней не было. Но я была не в том состоянии, чтобы делать из увиденного умозаключения.
Всю дорогу сидела, прижавшись щекой к груди Бесова и молчала. Он держал меня двумя руками, не предприняв попытки ссадить с собственных колен. Его ладони касались моих, едва прикрытых потянувшейся футболкой бёдер, но он не позволил ни одному своему пальцу скользнуть по обнажившейся коже. Наверное, просто не хотел. Может, брезговал.