Мы не спешили, хотя в любой момент могли быть пойманными. Сбросив одежду, забрались в душ. Кирилл выдавил из тюбика мой ванильный гель для душа и медленно намылил мое тело – начал со спины, потом перешел на руки.
Сквозь шум воды из душа мне показалось, что из коридора доносятся чьи-то крики – как вчера, когда медсестры бежали в палату Марии.
– Ты слышишь? – Кирилл тоже повернул голову, а его руки соскользнули с моей намыленной груди на талию.
– Ничего не слышу, – соврала я и сильнее прибавила воду, заглушая шум в коридоре. Мне не хотелось возвращаться в реальность, где умирали люди. Сейчас я таяла в его руках и хотела большего. – Продолжай!
Его сильные широкие ладони скользнули на талию и медленно спустились по бедрам вниз, заставив меня с ума сходить от желания. Нас окутал аромат ванили, клубы пара скрыли больничные стены – и мы словно очутились в турецком хаммаме, где султан ласкает свою любимую наложницу. Не было ни неловкости, ни стеснения. Я уже открыла Кириллу душу, рассказав ему то, чего не рассказывала никому из своих парней. Обнажила больше, чем тело. И сейчас мы просто узнавали друг друга – наощупь, на вкус, отдавшись новым ощущениям. Мои руки так же откровенно изучали его тело, как и он – мое. А моя смелость заводила его еще больше.
– Эй, – он перехватил мою руку, когда я нетерпеливо скользнула от пупка вниз, по густой темной дорожке волос. – Не торопись!
А затем отвернул меня к стене, не давая мне исполнить задуманное. Волосы я подколола крабом, чтобы не мешались, и, когда Кирилл скользнул губами по мокрой шее, я застонала от удовольствия. А потом он прижался ко мне сзади, и я ощутила, как сильно он возбужден. Даже воздух между нами плавился от желания.
– Ты чувствуешь? – внезапно спросил Кирилл, напрягшись.
– О, да, – хрипло пробормотала я, удивленная тем, что Кирилл напрашивается на комплимент. Вот уж не думала, что он из тех мужчин, кому нужно повторять вслух про их выдающиеся достоинства. Хотя Кириллу и впрямь было, чем похвастаться. – Ты большой… Очень большой.
Только не останавливайся и продолжай! Я же сейчас с ума сойду…
– Ты чувствуешь запах дыма?
Кирилл отстранился от меня и повернул голову на дверь.
– Какого еще дыма? – нахмурилась я и прижалась к нему сзади, моля о продолжении прерванной ласки.
– Подожди, Даш.
Кирилл отдернул шторку душевой, прошлепал босиком по кафельному полу и приоткрыл дверь в палату. Из-за клубов пара я видела его как в тумане, но услышала, как он чертыхнулся, захлопнув дверь:
– В коридоре все в дыму!
Вот теперь я его почувствовала – запах дыма, который резко вторгся в наш импровизированный хаммам, отравляя нагретый воздух.
– Там что, пожар? – охнула я, выходя из душевой.
– Одевайся, Даш, быстро! – Кирилл кинул мне шелковый халат, который я надела прямо на мокрое тело. А сам, тоже не вытираясь, натянул футболку и штаны.
Только мы оделись и вышли из ванной, как запах дыма стал еще более резким. В коридоре все было в дыму.
– Что происходит? – запаниковала я. – Почему никто нас не выводит?
Он нажал на кнопку вызова персонала на стене, и мы прильнули к стеклу, в надежде, что нас услышат. Но никто не появился.
– Эй! Кто-нибудь! – закричала я и заколотила руками по стеклу. – Сюда!
– Половина первого ночи, – Кирилл бросил взгляд на часы на смартфоне, – у персонала в это время пересменка.
В коридоре было тихо. Похоже, что остальные пациенты спали в своих кроватях, не подозревая о задымлении. А дым продолжал заполнять нашу палату, и дышать становилось трудней.
Кирилл подхватил стул и запустил им в стекло, ведущее в коридор. К моему удивлению, оно не разбилось.
– Бронированное, – констатировал Кирилл, даже не удивившись, и скомандовал: – Надо выбираться самим!
– Через окно? – запаниковала я.
Кирилл подошел к окну, бросил взгляд сквозь стекло и покачал головой:
– Не вариант! Третий этаж. Слишком высоко и рядом нет ни пожарной лестницы, ни дерева. Попробуем пройти через отделение.
– Но ведь… – Я не договорила, горло сжали тиски паники, когда я повернулась к двери. Мы заперты тут. Хитроумной электронной системой, которая призвана удержать нас от побега с карантина. И теперь эта система убьет нас, а наша палата станет для нас газовой камерой.
– Дай мне маникюрные ножницы или пилку для ногтей, – попросил Кирилл, и я истерически хихикнула.
– Ты собрался сделать маникюр?
– Быстрее, Даш, – прикрикнул на меня Кирилл.
Я открыла чемодан на полу. Пока искала маникюрный набор, вывалила на пол другие шмотки. От едкого дыма я закашлялась, и Кирилл протянул мне какую-то тряпку:
– Закрой нос и рот.
Только взяв ее в руки, я поняла, что это мой красный лифчик.
– Ты смеешься?
– Вместо маски сойдет, когда пойдем сквозь дым.
– Пойдем? Да как мы отсюда выйдем?
Мне стало нечем дышать, я чувствовала, как задыхаюсь, и прижала половинку лифчика к лицу. Она и правда закрыла нос и рот, как маска, и немного спасала от дыма. Я наконец нашла маникюрный набор в чемодане и отдала Кириллу.
Все было как в тумане, я отвернулась от Кирилла всего на миг, а когда обернулась, его уже не было. Сердце рухнуло в пропасть.
– Кирилл! – заорала я.
