Он собирался взять меня на руки, когда я остановила его. Но мне просто необходимо было это сказать.
— Эйдан. Я больше никогда не возьму в руки оружие.
Я чувствовала, что больше не смогу этого сделать.
— Как скажешь, — кивнул он, и, взяв меня на руки, шагнул в портал.
Но я потеряла сознание раньше, чем увидела, где оказалась.
Очнулась я в палате целительского крыла академии. За последние полгода я бывала здесь чаще, чем в принципе обращалась к целителю за всю свою жизнь. Поэтому без труда узнала это место. Не берусь утверждать, но, кажется, я лежала на той же самой кровати, что и после взрыва в аудитории зельеваров. Светло-бежевые стены, белый потолок и белое постельное белье, тумбочка рядом с кроватью. Все холодное и стерильное.
Но, тем не менее, чувствовала я себя гораздо, гораздо лучше. Только в горле пересохло, и я слегка закашлялась. Хотела позвать Шарлотту, но стакан с водой появился передо мной, словно по заказу. А, когда я подняла взгляд, то утонула в таких родных синих с прозеленью глазах.
— Спасибо, — прошептала я и с удовольствием напилась.
Отставила стакан и тут же была заключена в объятия.
— Боги, как же я испугался за тебя.
Эйдан обнимал меня, сидя рядом, прижимал так крепко, что становилось трудно дышать, но это был самый счастливый момент, настолько, что на глаза навернулись слезы. Смешалось вдруг все, что было во мне: страх за свою жизнь; испуг, что отняла чужую; радость, что я жива и что Эйдан рядом.
Я все-таки всхлипнула, и Эйдан отстранился, заглянул в глаза.
— Я сделал больно? Где болит?
— Нигде, — я помотала головой, — я просто…не могу поверить, что все закончилось. Я убила его, Эйдан. Я убила Рэймонда Флэтли.
— Шевонн, — он слегка встряхнул меня, — он не оставил тебе выбора. Ты все сделала правильно. Я горжусь тобой, Шевонн. Ты героиня.
— Скажешь тоже, — у меня даже получилось улыбнуться.
— Это правда.
— Как ему удалось сбежать?
— Самым банальным образом. Подкупил охранников, пообещал золотые горы. Но теперь им уже ничего не светит, Рэй убил их, как только оказался на свободе. Мы не сразу поняли, что он пропал, и у него было время добраться до площади и выкрасть тебя. Кстати, как?
— Элинор. Она затащила меня в портал прямо в коридоре академии. Портал был огненный. Что с ней? Ее нашли?
— Она сгорела в том портале, пройти смогла только ты. Это было воздействие магии демона, Рэймонд каким-то образом смог преобразовать эту энергию для открытия портала. Ее обгоревшее тело выкинуло на той же площади.
Меня передернуло. Она, конечно, та еще стерва, но такой смерти не заслуживает никто.
— Кстати, твоей маме сказали, что вы с преподавателем проводили эксперимент и в лаборатории произошел небольшой взрыв, поэтому ты здесь.
По мере того, как он говорил, мои брови поднимались все выше.
— Маме? Она что, здесь, в академии?
Эйдан кивнул.
— Но зачем?
— Затем, что сегодня родительский день. Родители учащихся на первом-втором курсе сегодня могут навестить своих детей и посмотреть, как те живут. Ты не знала? Между прочим, сообщалось об этом еще месяц назад. И студентам и родителям.
— Знала, — застонала я, — просто вылетело из головы.
В этот момент дверь без стука открылась и в палату вошла мама. Увидев меня, вполне бодрую, она сразу же бросилась ко мне.
— Шевонн, детка, ты в порядке? Я говорила, что твои эксперименты не доведут до добра. Ты не сильно пострадала. Этот профессор Макгроу так извинялся передо мной, словно ты до сих пор без сознания и в себя приходить не собираешься.
— Просто профессор слишком впечатлительный, мама. Со мной уже все хорошо, правда.
Наконец, она заметила Эйдана и повернулась к нему.
— Ваше лицо кажется мне знакомым, молодой человек. Представитесь?
Эйдан улыбнулся одной из самых своих теплых улыбок.
— Вряд ли мы встречались, миссис О’Грэди. Но видеть меня вы действительно могли. Мое имя Эйдан О’Флаэрти.
В отличие от меня, мама газеты читала, а потому сразу поняла, кто перед ней. Эйдан добился нужного эффекта, у мамы округлились глаза, и она сбивчиво произнесла
— О’…? О! — но тут же взяла себя в руки, — позвольте узнать, что вы делаете в палате моей дочери? Произошло, что-то настолько серьезное, что в академию прибыл сын главного королевского дознавателя? Или же, — она коварно улыбнулась, — моя дочь настолько вам дорога, что вы бросили все дела и примчались?
«Мамааа, — протянула я про себя, — что же ты делаешь?»
Ясно что, она хотела поставить Эйдана в неловкое положение. Но он даже бровью не повел, улыбнулся еще теплее.
— Я здесь не по делу. Вы правы, миссис О’Грэди, ваша дочь мне действително очень дорога. Но, думаю, мы сможем обсудить это позже. Не буду вам мешать. Если что, я рядом.
Он вышел, оставив нас вдвоем.
— Шевонн, ты ничего не хочешь мне рассказать? — строго спросила мама.
У меня никогда не было сердечных привязанностей, да и ухажеры не толпились у порога. Несколько свиданий и поцелуев, да пара подаренных простых букетов, вот и все мои отношения. Поэтому я не знала, как рассказать маме о том, что происходит между мной и Эйданом. Да еще так, чтобы не сказать чего лишеного.
