Белинда отвернулась. Его слова казались обидными, хотя Рэнд говорил правду. Большинство ее ровесниц и даже девушек младше ее вышли замуж. Судя по тому, что она слышала, Эмми Джо и Мелисса очень счастливы. Но она же не Эмми Джо и не Мелисса. Она не готова к замужеству. А может, еще не встретила подходящего мужчину. Как знать... Белинда была в растерянности. Может, она никогда его не встретит. Ну и что,все равно это лучше, чем заставлять себя жить с неподходящим. Она повернулась к Рэнду:
– Мне очень жаль... правда. Я ни в коем случае не хотела ввести тебя в заблуждение. Я... ты мне очень дорог... как друг.
Однако я не вижу тебя... в другом качестве.
Рэнд взял Белинду за руку. Но она не дала ему привлечь себя ближе.
– Хорошо, – наконец рассудил он. – Отправляйся в Бостон. А я пока займусь другим домом. Не стоит торопиться.
Но когда ты вернешься... мы... мы поговорим об этом.
– Рэнд, – решилась Белинда, – возможно, я останусь там надолго. На несколько лет. Или вообще никогда не вернусь.
– Посмотрим, – мрачно заявил Рэнд, сворачивая чертежи. – Поживем – увидим.
– Когда вы будете готовы к отъезду? – спросила Белинда миссис Стаффорд Смит на следующее утро.
– Ты меня выпроваживаешь? – добродушно пошутила женщина.
Белинда улыбнулась:
– Нет! Но я думала, что вам не терпится поехать домой,и вчера, когда мы с доктором Брауном пили кофе, я спросила его, можно ли вам отправляться в путь. Он убедил меня в том,что для вас нет никакой необходимости оставаться здесь дольше, чем вам бы хотелось.
Белинда закончила говорить, и пациентка просияла.
– А ты поедешь со мной? – спросила она.
– Да, поеду, – пообещала Белинда.
Сказав это, она почувствовала большое облегчение.
– И останешься? – продолжала расспросы пожилая женщина.
– И останусь! – заверила ее Белинда. – Во всяком случае, на некоторое время.
– Отлично! – воскликнула миссис Стаффорд Смит.
Кажется, она предвкушала путешествие, в которое они отправятся вместе с Белиндой. Они прекрасно поладили.
Теперь Белинда была еще сильнее, чем раньше, уверена в том,что ей необходимы перемены. Так же, как тем двоим молодым людям, чьи ожидания она не разделяла.
Люк поехал на ферму, чтобы навестить родителей. Стоило Марти посмотреть ему в лицо, как она поняла, что случилось нечто важное, но она осмелилась спросить об этом только тогда,когда они сели за стол в уютной кухоньке, чтобы выпить кофе и угоститься пончиками.
– Такое впечатление, словно ты сбросил с плеч тяжелую ношу, – заметила она.
Люк улыбнулся.
– Не с плеч, а с сердца, – сказал он.
Лицо Марти просветлело. Она знала, что Люк приезжал на все церковные собрания и, если мог, оставался после них,чтобы помолиться.
– Собрания помогли мне по!новому взглянуть на происходящее, – признался он.
Марти кивнула. Для нее богослужения также были временем духовного подкрепления и очищения. Более того, иногда они с Кларком разговаривали и молились чуть ли не до рассвета. В конце концов им удалось смириться, положившись на то, что Всемогущий Господь сумеет разрешить семейную ссору.
– Я собираюсь повидаться с Арни, – сказал Люк.
Марти посмотрела на Кларка, не в силах сдержать радость.
Наконец!то Бог ответил на их молитвы.
– Хочешь сказать, что прощаешь его? – с добрым предчувствием быстро спросила она.
Люк явно удивился.
– Прощаю? Мне его не за что прощать. Напротив, я собираюсь умолять брата о том, чтобы он простил меня, – грустно сказал Люк, и в его глазах показались слезы.
– Но... я не понимаю, – заметила Марти. – Арни разозлился на тебя...
– И у него была на то причина, – объяснил Люк. – Я не имел права вмешиваться в его жизнь, полагая, что лучше его знаю, что нужно его ребенку. Я требовал, чтобы он взглянул на вещи с моей точки зрения.
Когда Люк закончил свою речь, слезы потекли по его щекам:
– Нельзя быть таким самодовольным... и самонадеянным.
А я был именно таким. Теперь мне остается только надеяться и молиться, чтобы Арни нашел в своем сердце силы меня простить.
Марти посмотрела на Кларка. Его глаза тоже наполнились слезами. Он взял тонкую и сильную руку сына!врача и легонько ее пожал. Она видела, что муж не в силах выразить свои мысли словами из!за глубоких чувств, которые его обуревают. Марти вытерла глаза и нос. Когда она нашла в себе силы заговорить, то взяла другую руку Люка.
– Мы будем молиться, – пообещала она, – мы с отцом будем молиться все время, пока ты беседуешь с братом.
К Кларку тоже вернулся голос.
– Мне кажется, можно начать прямо сейчас, – просто сказал он.
Они вместе склонили головы, и Кларк стал произносить знакомые слова.
Позже Люк и Арни, каждый по!своему, вспоминали, что произошло. И один, и другой утверждали, что эта встреча была самым волнующим событием, которое они когда!либо переживали. Люк первым признал свою неправоту и попросил Арни простить его за самодовольство и непрошеное вмешательство, а затем предложил вместе помолиться. Сначала Арни вел себя настороженно, словно готовясь защищаться,но когда Люк начал молиться, у Арни внутри все перевернулось благодаря желанию брата восстановить разрушенные взаимоотношения, прежде всего с Богом, а затем и в семье.
