— Не могли бы вы объяснить, что мы ищем на этой фотографии?
— Ну не знаю. Возможно, твою совесть?
От моей наглости ее брови пересекли лоб и уперлись в эффектно уложенную набок челку. Прекрасно. Похоже, с поставленной задачей я справляюсь более чем.
— Не заметила, что обронила ее, — сказала я и сделала вид, что внимательно изучаю фото.
— Наверное, потому что ты была слишком увлечена чужим мужчиной, — теряя терпение, Мира наконец-то бросила обвинение, пускай и облекла его в форму предположения.
— Вы меня точно с кем-то путаете. В тот вечер я никуда от господина Радича не отходила. Или вы сейчас о нем говорили?! — последнюю фразу я произнесла интонацией полного непонимания, кое со всей галантностью проводило мою собеседницу в последнюю стадию самообладания. Нужно было добивать, и тогда я произнесла: — Но, Мира Игоревна, разве господин Радич не свободный мужчина?
— Да ты ж грязная подстилка! — сквозь зубы выдавила она, презирая меня всем своим видом. — Он мой муж!
В этот момент вошел и сам Радич. Похоже, Зореслав слышал эмоциональные выпады Миры, потому что взгляд его был крайне обозленным, и он даже не пытался вернуть присущее ему спокойствие. Мне нужно было убегать, чтобы не нарваться на «тройничок». С Мирой у нас еще будет время выяснить отношения, но не при Зореславе. Его присутствие и участие может выдать мою правду о нашей ночи в Екатеринбурге. Только этого мне теперь не хватало.
— Тогда не следует ли вам говорить все это своему мужу, а не мне? — пожала плечами я, выказывая абсолютное и вполне естественное непонимание. — Если однажды окажется, что вы ошибочно назвали меня теми словами, то можете не заморачиваться с извинениями — от таких, как вы, чего-то подобного все равно никто никогда не ждет.
Оставляя Миру на второй тайм, но уже с Радичем, я вернулась к работе. Конечно, ни о какой работе я думать не могла, но не потому что мне устроила выволочку какая-то бывшая. Меня пугало то, что если Радич вытрясет из нее признание, то он вполне может перехватить ее идею и обратиться к камерам наблюдения отеля, чтобы выяснить, с кем спал в ту ночь. Ну а дальше… А дальше будет очень неловко. Снова.
Вывод один: чем рьянее я пытаюсь исправить ошибки, тем больше их совершаю. Может, пора уже перестать следовать Третьему Правилу Волшебника* и понять наконец, если страсть правит разумом, то ничего хорошего от этого не жди?
Следуя новой философии, я закинула страсти, а вместе с ними и мысли в… далеко, в общем, и на этом энтузиазме очень продуктивно поработала. Мой анализ автомобильного рынка для одного из давних клиентов нашей компании только-только был завершен, когда раздался звонок офисного телефона. На дисплее высветился номер секретаря. Поднимая трубку, я уже подсознательно чувствовала, что ничего хорошего не услышу.
— Да, Оль, — тяжело выдыхая, ответила я.
Зато у этой вечно беззаботной девушки настроение было приподнятым. Она весело проверещала в трубку:
— Радич только что вышел от босса и Влада, а теперь угадай, где он?!
— Наверное, в аду, учитывая сколько раз я его проклинала… — закатила глаза я, собирая бумаги для завтрашней встречи.
— А вот и нет! — по-детски радуясь тому, что я не угадала, воскликнула Ольга. А ведь я ее выручала… Вот он пример черной неблагодарности: писать Богу кляузы на ангела-хранителя пером из его же собственного крыла. — Он идет к вам в отдел!
— Оль, а можно в следующий раз меньше ненужной информации, чтобы я успела придумать, как избежать нежелательной встречи, — недовольно произнесла я, думая, в какой бы теперь угол податься.
Не успела я поворчать, как на пороге отдела уже стоял Радич. Он был вежлив и дружелюбен с сотрудниками, пробираясь к моему кабинету, и как только вошел, сразу всучил мне папку с документацией. Моя приветливость сразу после встречи с Мирой взяла отпуск, а потому все, что я могла предложить на его лучезарную улыбку — это не очень тщательно скрываемое недовольство.
— Господин Радич, когда владелец такой огромной компании, как СтройАльянс, тратит свое бесценное время на доставку документов, солнцу становится очень некомфортно вставать на востоке.
Он усмехнулся и ответил:
— Вообще-то, я по делу. Попросил Влада, но он не обладает таким преданным клиенту сердцем, поэтому легко передал мои заботы в твои руки, вместо того чтобы самому ими заняться.
— А еще я не осуждаю работу начальства, — злобно зыркнула на наглеца я, намекая, что не собираюсь поддерживать драгоценного клиента в его порицании моего руководителя. Папку с документами из его рук я все же приняла. — Чем могу помочь, господин Радич?
— Посмотришь по дороге? — указал взглядом он на папку в моих руках.
— И куда мы едем?
— На одну очень познавательную беседу с не менее интересным человеком.
— А можно задать всего один вопрос?
— Конечно. Но лучше не один, так мой шанс на диалог с тобой будет выше.
— В твоей большой компании не нашлось ни одного человека, которому ты мог бы поручить сопровождать тебя? — спросила я, когда поняла, что отделаться от него все равно не выйдет.
— Мне нужен тот, кто сможет взвесить мои риски на месте.
