Все как в лучших мелодрамах Голливуда. Он приблизился. Он чертовски хорош и, разумеется, идеально сложен. Его взгляд прикован ко мне и горит желанием. Пока я, умываясь слезами счастья, все гадаю, за что Боженька сделал мне такой подарок, он в одно мгновение подхватывает меня на руки. И вот мы уже обмениваемся жаркими то ли поцелуями, то ли укусами в попытке утолить любовный голод. Головокружение. Страсть. Ночь, полная соблазна; ночь, полная порока! Наслаждения! Ох, эта первая брачная ночь… ммм! Идеальная история любви… …Могла бы быть, если бы не одна проблема. Это не моя свадьба. Не моя первая брачная ночь. И, да, муж тоже не мой.
Ммм… какое будоражащее тепло окутывает меня с головы до ног, какое возбуждающее его прикосновение будит во мне похотливые мыслишки при всей физической неспособности. Рука, накрывающая грудь, упругая плоть, упирающаяся сзади… СТОП!!!!!! Какая рука?! Какая еще там плоть?!
Пытаясь понять происходящее, я бессознательно скользнула за свою спину рукой и, там даже не надо было играть в холодно-горячо, как магнитом притянуло к этому жезлу удовольствия, состоянием «утреннего бодрствования» в самом выгодном свете демонстрирующему превосходство среди себе подобных.
«Святые угодники…» — жалобно проскулила я, даже в такой безумной ситуации самой себе завидуя. Уткнувшись лицом в подушку, я принялась размышлять над тем, что вообще со мной не так? Ну разве можно кидаться из крайности в крайность, не имея секса два года, наконец поиметь его и ничего не помнить!!! Где эти горячие прикосновения? Где хриплые стоны наслаждения и непотребные звуки резко примыкающего ко мне мужского тела??? Почему мне достался только похмельный стыд и неловкость пятнадцатилетней девочки в тридцать три, у которой на этой монастырской диете уже быльем все поросло, будто и вовсе никогда не имело троп?!
Прилагая титанические усилия, я все же открыла глаза. А ведь лучше б лежала себе в неведении, ибо с этого момента все становилось только хуже. Обнаружить в своей постели незнакомца явно было не самым страшным событием, из тех, что меня в итоге ожидали.
Поднявшись с кровати, я пожалела, что родилась на свет без жесткой непереносимости алкоголя… Ангажируемая лошадиной дозой текилы, я, судя по движениям, исполняла какой-то шаманский танец в попытке добраться до вещей, разбросанных по всей комнате вещей в порыве страсти или пьяни. Давалось с трудом. Нет, не танец — этот сраный квест по одеванию. Уверена, с раздеванием таких проблем у нас не возникло.
Уперевшись взглядом в груду мужской одежды, на коей, словно вишенка на торте, лежали мои прелестные кружевные трусики, я чуть не заплакала. Я не просто переспала с каким-то мужиком, я, епта, переспала с каким-то мужиком, на котором был свадебный костюм до того самого момента, пока мы не влезли в одну койку! Он ведь чей-то муж! Притом всего лишь несколько часов как!
После этого зоркого наблюдения мысли стремительным потоком пронеслись в моей голове мимо таблички «тупик», и я невольно посмотрела на грешника, забывшегося сном блаженного.
— Нет… нет-нет-нет-неееееееет!!!!!! — вырвалось из моей груди безумным, истошным криком, которого я от себя отродясь не слышала за все многострадальные тридцать три года своей жизни.
Под воздействием тихого ужаса моя память издевательски выдала несколько воспоминаний, которые, как ни умоляй, теперь мне не развидеть! Ведомая страхом и потерявшая всякий стыд, я бросилась обратно на кровать. Вообще не соображая, что делаю, я оседлала еще полусонного незнакомца, с которым, как теперь бесповоротно считала, провела самую ужасную ночь в своей жизни. Без особых церемоний я обхватила его лицо ладонями и повернула к себе, ведь мне как можно скорее нужно было убедиться, что я не…
— Законченная шлюха… — последние два слова прозвучали как приговор и, надо сказать, вполне справедливый.
Я не была знакома с женихом Софки, виделись мы с ним от силы пару раз и то очень давно и мельком, а еще у меня патологически плохая память на лица… Однако я совершенно точно могла сказать, что передо мной — он, новоиспеченный муж моей подруги детства. И сейчас этот сексуальный, красивый, брутальный и редкостный кобель без какого-либо чувства вины просто наблюдал за тем, как я все глубже впадаю в состояние поговори-сама-с-собой.
— Я не против повторить, но ты сейчас выглядишь не очень-то адекватной, — раздался сдавленный бархатный голос из-под моих ладоней.
Окинув себя беглым взглядом, я поняла, почему мне поступило подобное предложение. И да, в этот миг я точно потеряла всякую надежду попасть в рай после смерти. Голая, растрепанная и обезумевшая далеко за точку невозврата, я сидела верхом на женихе, каком на хрен женихе — муже (!) своей лучшей подруги после бурной совместной с ним ночки.
Немеющими руками я стянула с него простыню, зачем-то укрывая свое бесстыдное тело, по которому так и блуждал похотливый взгляд моего мерзкого любовника с самого момента пробуждения. Муж Сони никак мне не препятствовал, всего лишь с интересом наблюдал за моей вялотекущей шизофренией. Как только я поняла, что, прикрыв свои «прелести», оголила его, то снова взвыла от отчаяния. С каких пор к похмелью прилагается еще и идиотизм?..
Чертов недотрах, чертова безнадега, чертово бухло!!! С этими проклятиями я слезла с неподвижного мужчины, собрала одежду и безжизненной тенью побрела в ванную. Моя рука коснулась ручки двери, как вдруг меня остановил спокойный низкий голос, голос, который при других обстоятельствах стал бы серьезным аргументом отдаться его обладателю пару-тройку раз.
