И улыбаюсь, наблюдая, как в немом изумлении поднимаются чёрные брови, прежде чем мужчина исчезает в переливающемся круге света.
Ну а что?
Ему очень идёт это имя.
***
– Уважаемая Арника, будьте внимательнее, пространственные нити
Но я протестующе зажала уши руками.
Не могу.
Ну просто не могу больше слушать этот бред. Одним щелчком открыла портал и оказалась в своей спальне. Вернее, в нашей. Единственная комната в замке, куда не имел хода никто, кроме меня и Ада.
Мы даже уборку делали магией. Точнее говоря, Ад что-то там наколдовал, чтобы чистота и порядок поддерживались сами по себе. Понятия не имею, как, но даже хаотично разбросанные вещи, возвращались на свои места, едва мы выходили за порог.
Я сначала не поверила, что такое возможно, и лично устраивала творческий беспорядок, но стоило на секундочку закрыть дверь и войти обратно, как спальня буквально сияла первозданной чистотой.
Всё-таки магия – великая вещь!
С её помощью Ад лишил Кейда ментального дара, и Проклятье Луны тут же пропало.
Этой «великой вещи» я сейчас обучалась у старенького магистра, специально прибывшего из родного мира моего мужа. В академию Ад не отпустил, да я и не рвалась, с моим уровнем дара, который появился, как только наши души слились воедино, там было совершенно нечего делать. Потому что азы мне давались легко, а серьёзной магией в Академии не владели даже преподаватели.
С помощью магии я сама, втихую от мужа, разыскала Жанко. Слава богу, он жив и здоров, но выяснять подробности его судьбы я не стала, чтобы не нервировать Ада. Честно признаться, не уверена, что нереально сильный высший маг мог остаться в неведении о моих партизанских изысканиях.
С помощью магии я могла бы вернуться в свой мир, но не было никакого желания. Правда, науку межпространственных перемещений осваиваю на всякий случай, вдруг пригодится…
Вернувшись из класса в безопасную обитель, я побегала по комнате, смахивая на зверя, загнанного в клетку. Потом с чувством, с толком, с расстановкой разбила всё, что можно было разбить, включая красивущее и наверняка дорогое зеркало. В качестве финального аккорда перевернула столик и упала на кровать, зажав руками голову.
Я не понимала, что со мной происходит.
Пошёл третий день, как я стала до ужаса нервной и раздражительной, меня бесило абсолютно всё.
Всё и все на свете, за исключением… мужа.
Стоило ему появиться, как внутри что-то щёлкало и становилось на своё, законное место. В душе разливалось тепло, в теле – приятное томление.
Несмотря на то что в повседневной жизни Ад практически не улыбался, рядом с ним я чувствовала себя по-настоящему любимой и желанной, на сто процентов защищённой от любых проблем. Начиная со вселенских и заканчивая самыми ничтожными.
А по ночам (да и не только по ночам), когда загорались магические крылышки любовных бабочек, я попадала в самый настоящий рай, насквозь пропитанный безумной нежностью и страстью…
Муж всегда чувствовал, если со мной что-то было не так. Вот и сейчас, после разгромной диверсии прошло не больше минуты, когда появился знакомый портал.
– Ад!
Я бросилась в любимые объятья и уткнулась в плечо.
– Это опять случилось! Что со мной происходит?
Тот вариант, что я просто-напросто схожу с ума, рассматривать не хотелось.
– Прости, я идиот, что не понял сразу, – он легко подхватил меня на руки и уселся в «то самое кресло».
Наше кресло откровений. С самого первого дня все по-настоящему значимые беседы мы ведём именно в нём.
Такая вот семейная традиция…
Я чувствую странное волнение, но не только из-за кресла. Ещё и потому, что всегда спокойный низкий голос сейчас буквально лучится необычайным теплом.
– Просто ты беременна, Ника.
Я вспыхиваю от радости, недоумевая, как могла сама не догадаться… Перемены в настроении, ещё и аппетит совсем пропал…
Но тут же замираю, потому что впервые вижу, как светло улыбается Ад. По-настоящему открыто, по-доброму. И пусть его улыбка мелькнула ненадолго, есть вероятность, что постепенно ледяная броня моего мужчины растает.
А если и нет – неважно. В любом случае, мой персональный Ад в конечном счёте стал моим персональным раем.
Вот что значит – повезло.
