«
Замятня Сабуров поступил спокойнее, но вместе с тем весьма решительно: он просто отказался от службы, отослав обратно присланные списки:
Спустя полмесяца оба воеводы спокойно и уверенно присягнут на верность царевичу Дмитрию, а еще через год Петр Басманов пожертвует ради него своей жизнью.
Кто-нибудь способен поверить, чтобы боярин, с которым случилась истерика из-за подчинения недостаточно знатному князю, согласился на службу беглому расстриге?!
А теперь эту историю нужно умножить примерно на двадцать тысяч случаев – по числу служилых людей, бояр, знатных князей, твердо убежденных в том, что приметный молодой человек превосходит их знатностью. В этом не усомнились даже Мстиславские, Салтыковы, Пожарские, Сицкие, Троекуровы… – никто!
Похоже, предъявленные сыном Ивана Грозного доказательства своего происхождения и вправду оказались безупречными. В них усомнились всего лишь считаные люди – несколько сотен на всю страну.
Если доказательствам подлинности Дмитрия Ивановича поверили тысячи насмерть грызущихся за свои места князей и бояр, то почему в них должны сомневаться мы?
Тем же, кому мало вышеизложенных свидетельств, рекомендую ознакомиться с работой Костомарова «
Единственным сомнительным местом в биографии царя Дмитрия Ивановича стала его смерть. Как рассказывают свидетели, после его убийства в Кремле в мае 1605 года:
1) Тело убитого государя было предоставлено для опознания с маской на лице.
Кто проводит опознание, закрывая лицо человека маской?!
2) Инокиня Марфа (мать царя) не опознала в убитом своего сына.
Публично! Никаких тайных откровений!
3) Приметы убитого (волосы, ногти) не сошлись с приметами царя.
4) Тело убитого человека сожгли, исключив возможность любых проверок на соответствие с приметами подлинного государя.
5) Убийца зачем-то затеял канонизацию двойника убитого.
Кстати, нашим современникам, уверенным в религиозности и суеверности людей XVI–XVII веков, стоит подробнее ознакомиться с процессом канонизации Дмитрия Угличского. Обретение гроба с помощью магии, свежее тело в могиле после пятнадцати лет тления, долгий медицинский конвейер с эффективностью до полутора десятков исцеленных в сутки…
Святотатство на святотатстве, ересь на глумлении – и ничего, никто из священников или бояр даже глазом не моргнул. Хотя под конец в это представление перестали верить даже дети. Вот как описал происходящее Конрад Буссов, автор «Московской хроники»:
