После тренировки мы устраиваем поход по магазинам. На улице достаточно холодно, но я все еще не верю в необходимость всех тех вещей, которые они заставляют меня примерять. Толстенные шапки, шарфы, перчатки, длинные куртки, ботинки с мехом. Послушно натягиваю на себя все это добро, выхожу из примерочной и красуюсь перед развалившимися на диване друзьями. Они решают, что мне больше идет, общим голосованием.
Нет, вы прикиньте, за меня решают, что мне носить!
Едва улизнув от них, прихватываю пару футболок и шорты – они отбирают. Суют в руки свитера, толстовки, плотные джинсы и толкают обратно, за шторку. Не дают даже купить новую кепку, говорят, не пригодится. Ведусь на заверения в том, что теплый капюшон на куртке и ворот повыше русской зимой будут гораздо важнее и нужнее.
По-моему, меня просто разыгрывают. Да я почти уверен в этом! С этой уверенностью расплачиваюсь на кассе, отдавая почти все заработанное за последние недели. Грабеж!
Потом мы сидим с Зоей в гостиной ее дома. Папа разобрал микроволновку и чинит (сам!), мама смотрит сериал, а мы, устроившись за столом в кухне, делаем домашние задания. Сидим близко друг к другу, стесняемся, точно прыщавые подростки, то и дело задевая «нечаянно» друг друга локтями.
Никак не могу взять в толк всю эту фигню с русскими предлогами. Почему иногда употребляется «на», а в других случаях подходит «в»?
– Внутри чего-либо, – объясняет Зоя. – В доме, в стране, в мире. Масштабы не важны. Главное, чтобы все происходило в пределах чего-либо. А «на» употребляется в том случае, когда речь идет о месте на какой-либо поверхности. На столе, на человеке,
Но единственное, о чем я могу думать сейчас, это румянец «на» ее щеках и запыхавшееся от бешеного стука сердце «в» моей груди. А еще о том, почему мы влюбляемся «с» кем-то (in love «with» someone), а они, русские, «в» кого-то. Наверное, в этом все-таки есть определенный смысл. Увидев Зою, я растворился в ней и пропал, и не важно, взаимно это или не очень. Я уже «в» ней по уши.
– Гу-бы на ли-цо, – говорю я, разглядывая ее прикушенную губу.
Она привычно торопится меня поправить, но тут вдруг раздается звонок в дверь.
– На ли-це, – диктует Зоя и пишет это слово в тетради, чтобы объяснить, почему и как изменилось окончание в слове.
Но ее мама уже открыла дверь, и нас отвлекает знакомый голос из прихожей. Из всей речи вошедшего мой слух выхватывает только «Здравствуйте» и «Джастин». Вытягиваю шею и вижу Вику, стоящую на пороге.
– Хм. Это к тебе, – хрипло замечает Зоя.
– О, привет! – Девушка машет нам рукой. – Здравствуйте! – Это хозяину дома. – Она спешно скидывает модные ботиночки и проходит. – Обещала тебе конспекты, вот принесла! – натягивает на лицо улыбочку и застывает между входной дверью и гостиной.
Догадываюсь, почему она не идет к нам. Вика планирует подняться в
– Ты не возражаешь?
Она выглядит абсолютно равнодушной, и только плотно сжатые губы выдают некоторое напряжение.
– Нет. Иди, развлекай свою гостью.
Мама Зои с придыханием говорит, кажется, что-то про то, какие хорошие друзья у меня. Вероятно, она тоже верит, что девушка пришла помочь мне с учебой. Встаю, подхожу к Вике и указываю наверх. Плавно покачивая бедрами, она поднимается по ступеням. Иду следом, отметив про себя, что все трое, оставшихся внизу, провожают нас взглядами.
– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю, когда мы входим в комнату.
Прикрываю дверь.
Она оглядывается вокруг, многозначительно хмыкает, а затем кладет на стол папку с бумагами.
– Подумала, что тебе пригодятся конспекты лекций.
– Хм, спасибо.
– Не за что. – Вика делает шаг назад и садится прямо на столешницу.
На ней обтягивающие джинсы, теплый кардиган, а под ним тонкая синяя блуза, вырез которой не скрывает ровным счетом ничего.
Занятно.
– Обычно Зоя делится со мной своими записями…
– Ты не рад меня видеть? – в лоб спрашивает девушка. Ее лицо напряжено.
Медленно подхожу ближе.
– Даже не знаю, – отвечаю честно.
Вика кокетливо закидывает ногу на ногу, преграждая мне путь.
– Мне просто хотелось увидеть, как ты тут устроился.
– Тогда смотри, – усмехаюсь.
Но она не отводит от меня глаз.
– Симпатично.
Не знаю, о чем это. Может, обо мне. Потому что она дышит так тяжело, смотрит так откровенно, что при желании можно прочесть любую из ее мыслей.
– Чем займемся? – Делаю шаг вперед, и ее колено почти касается ширинки на моих джинсах.
Мне интересна ее реакция.
Она вздрагивает – похоже, мое поведение радует и пугает ее одновременно.
Вика определенно из тех женщин, которые до последнего думают, что эскорт – не проституция, а флирт – невинный способ намекнуть о своих желаниях. Она из тех, кто сначала открыто предлагает себя, а потом требует, чтобы ее добивались. Фальшивая – от макушки до кончиков ногтей.
– Вообще-то, я не бегаю за мужчинами, – смущенно пожимает плечами девушка, – скорее наоборот. – Это звучит, как попытка оправдаться, и она это прекрасно понимает.
До меня доносится сладковатый запах ее духов.
