На шампурах поджарили сосиски, шампиньоны и хлеб, потом он быстро разобрал и убрал мангал, на случай, если трое взрослых не углядят за двумя мальчишками, и их ручонки потянутся туда, куда не нужно, и принялись за еду, устроившись на одеяле. Он с детьми пил сок, а девочки расслаблялись, потягивая пиво. Про пиво Костя точно помнил, потому что тогда успокоил себя тем, что Олеся опьянена после одной бутылки и не заметила, где оказалась его ладонь.
Так вот на второй час пикника, Катя, играя с детьми, заняла позицию у берега, чтобы не дать им подойти к воде. И тут после весёлой песенки-считалочки, Костя услышал сначала «плюх», потом приглушённое ругательство, а дальше Сашкино: «Я тоже купаться хочу».
Катя, пятясь назад, не наступила случайно в воду, промочив ногу в кроссовке. Она плюхнулась на спину. В прямом смысле села в лужу. Только это была не лужа, а река.
Бежать жене на выручку не потребовалось, на его глазах она сама быстро встала на ноги, поэтому он мог себе позволить сидеть на пледе и ржать вместе с Олесей.
— Дюша, подай мне полотенце, пожалуйста, — вразвалочку идя к машине, попросила промокшая Катя.
Квадратное кухонное полотенце лежала под тарелкой с овощами, Олеся сама протянула его сыну, а добрый и сообразительный мальчик соизмерил его размеры с размером маминой подруги и проявил заботу:
— Не хватит, дай салфеточки.
После чего снова последовал взрыв смеха.
Пока Катя на заднем сиденье разувалась и снимала мокрые штаны, они принялись собираться, понимая, что пора домой. Костя поднялся, а Олеся ещё сидела на коленях, пакуя в сумку остатки еды. А когда она начала вставать, он одной рукой перехватил поклажу, а вторую предложил ей как помощь. Она за неё ухватилась, и почти выпрямилась, но тут до них донеслось хвастливое:
— А моя мама смешнее твоей.
— А моя не падает.
И Олеся упала. Почти упала, согнувшись от нового приступа смеха, если бы не перехвативший её Костя. Как с женского локтя его ладонь, пройдясь по спине, переместилась на плечо её другой руки, он почти не ощутил, просто раз и схватил её. Схватил и рефлекторно сжал, чтобы удержать.
Сразу определить, что сжимает в ладони женскую грудь, а не плечо не смог. Он же больше шести лет только Катину трогал и, будучи верным семьянином, успел позабыть, что сиськи на ощупь разные бывают.
А когда определил, растерявшись, замер.
Позже прокручивая произошедшее в голове, он придумал два варианта для действий в подобной ситуации: извиниться или посмеяться и извиниться, переведя неловкость на юмор. Но самое главное, руку надо сразу убирать!
Но тогда, как и с Олей, он просто тупанул, не отреагировав вовремя.
Когда до мозга дошло, за что держится рука, и как это всё неправильно, он дал команду пальцам разжаться. А остальные части его тела вернулись в режим сбора домой, и Костя понёс сумку в багажник, будто ничего необычного не случилось.
И спокойно жил восемь лет.
И жил бы дальше, если бы снова не протупил с замедленной реакцией.
— Что Олеся сказала? — спросил настороженный мужчина, вернувшуюся домой жену.
— Что ты козёл.
— Так и думал!
— Что твоя подружка дрянь.
— Она не моя подружка.
— И что между нами недопонимание.
Почему Катя не упомянула то, что услышала от подруги напоследок? Это было несерьёзно. Из-за такого не расстаются через пятнадцать лет брака.
Но хрен ему, а не подарок на годовщину!
В здание банка Катя вошла следом за блондинкой в короткой шубке. Со спины и по голосу она сотрудницу не признала, но это нормально, в нынешней должности она себе может позволить не помнить всех работниц. Неузнанный голос не заинтересовал, но непроизвольно она прислушалась, как та вещает в айфон о бедной овечке, незнающей о долгах и подружках какого-то Стасика.
И это вернуло Катю во вчерашний вечер, когда, добираясь домой, она заподозрила, что Олеся перескажет их разговор сыну.
Не потому что она физиологически неспособна держать язык за зубами, а потому что они с Андрюшей сплоченная команда с общими радостями, горестями и новостями. Если расскажет, то не страшно. Пусть у них будет интересная тема для обсуждения, ей не жалко.
Именно для них не жалко, а больше никто знать не должен.
Выходит, повезло, что они с Костей растеряли друзей юности.
Катина лучшая школьная подруга в девятнадцать лет пересеклась с моряком, перевелась на заочное и с тех пор счастливо живёт в одном доме с ещё двумя поколениями представителей морского флота в лице дедушки и отца её мужа. У них с жёнами не сложилось, зато с карьерами всё в порядке, поэтому она воспитывает детей с няней и делит обязанности хозяйки с домработницей и приходящим садовником.
Катя с мужем и сыном дважды её навещала, гостя по три дня в доме, который иначе как особняк не назовёшь. В этой откровенно сытой жизни подруги, она видела только один минус — регулярное и длительное отсутствие супруга. Она бы так не смогла, ведь при всей заботе и отеческой любви его деда и отца, её ровесница оставалась семейной и домашней женщиной, половину ночей проводящей в одиночестве. Но каждому своё!