— Ха-ха! А не проще ли было сделать его гермафродитом?
— Изложите мне ваши соображения по этому поводу.
— У меня есть ваш адрес электронной почты на визитке.
— Он изменился. Запишите новый...
— Добрый день...
Уже поздно вечером она со вздохом облегчения положила телефонную трубку. Кажется, все. Похоже, что три верных клиента у нее есть. Кого-то не было дома, кто-то не имеет компьютера или не умеет им пользоваться. Что ж, если получится с тремя, можно потом просто дать объявление в Интернете. Как там сказал один из трех? В ногу со временем? Остается только подождать, а завтра с утра просмотреть почту. Может быть, кто-то из троих уже пришлет первое сообщение.
... Утро оказалось пасмурным, но теплым. Город был плотно укутан пуховым одеялом облаков и, задыхаясь, ждал дождя. Люба постояла немного на балконе, разглядывая редких прохожих. Потом вошла в комнату, включила компьютер.
Он был умнее, быстрее и всегда на шаг впереди. Как будто заранее знал, что рано или поздно она так поступит: будет продолжать работу с пациентами через Интернет. Потому что первое сообщение было от него.
Добрый день. Теперь нам никто не мешает. Я почти холост, вы вдова, но это частности, а в целом между нашим семейным положением можно поставить жирный знак равенства. Одиночество со знаком минус помноженное на одиночество со знаком минус дает один огромный плюс. Мы можем объединить их в одно огромное одиночество. Величиною с виртуальный мир. Я давно вас не видел и уже начинаю забывать, какого цвета у вас глаза, не огорчайте меня, пришлите фотографию. Только, пожалуйста, цветную.
Тот, который когда-то пытался изображать Ромео
«Чтоб ты провалился», — подумала Люба в сердцах. Как же быстро он ее вычислил! Если , бы она лучше разбиралась в компьютерах, догадалась бы, как он это сделал. Да, он умнее. Еще и издевается: «Добрый день...» Ах, он...
Люба, наконец, сообразила. Сколько раз за вчерашний день она сказала эту фразу? Все гораздо проще. Она же сама вчера дала желающим новый адрес электронной почты. Желающих оказалось трое. Ну как она раньше этого не поняла! Конечно! Он был одним из ее пациентов. Вернее, маскировался под пациента. Сам же сказал, что она, Люба, знает про него все. Приходил несколько раз к ней на прием. Но который из трех? Для того чтобы это понять, надо работать. Рано или поздно он себя выдаст. Одна из историй вымышленная, такая же придуманная, как весь этот виртуальный мир. Он сочинил ее, словно красивую сказку, а на самом деле прячет за этим фасадом что-то другое. Может быть, не любовь, а ненависть. К Олегу, к ней, к его жене, а теперь вдове. Что ж, поиграем. Сделаем вид, что условия приняты. Пусть не знает, что она догадалась.
Только все равно остается открытым вопрос: который? Кто?
У нее мелькнула было мысль позвонить капитану Самохвалову. Если этот Ромео — один из трех ее пациентов, то проверить у них алиби на тот вечер, когда убили Олега, не так уж и сложно. Но потом она решила не спешить и первые шаги сделать самой. Интересно же раскрыть преступление, не выходя из дома. Информация — вот ключ к успеху. А у нее есть доступ к любой информации. Остается только получать ее и анализировать. Самохвалов может проверить алиби у всех троих, она же нечто более существенное — мотивы странных поступков этого Ромео. Алиби можно себе и устроить, к тому же в тот вечер всех троих могло дома и не быть. Одного будет покрывать жена, другого любовница, третий окажется геем, стесняющимся в этом признаться, и все хором начнут врать. Нет, Самохвалов подождет. Пусть копается в биографии Олега, а она будет изучать биографии своих подопечных.
...Быстрее всех откликнулся на предложение исповедаться письменно тот самый «особенный человек», который, едва услышав ее голос, истерично воскликнул: «Господи, куда же вы пропали?!» Павел Петрович Стрельцов, Люба его вспомнила, едва прочитав первые строки послания. Мужчина пятидесяти с небольшим лет, ухоженный, всегда прекрасно одетый, с бархатным голосом^ полнеющий, но еще в хорошей физической форме. В разговоре он все время возвращался к этому моменту: к занятиям спортом. К месту и не к месту напоминал собеседнику о том, что вот он, Павел Петрович Стрельцов, несмотря на возраст, бегает по утрам, регулярно, два раза в неделю, посещает бассейн, строго соблюдает при этом диету, а по выходным дням играет в теннис с людьми своего круга.
Люба словно услышала его низкий, хорошо поставленный, как у диктора, голос: «Да-да, с людьми своего круга. Ни с кем попало. Я такой человек».
