– Наверное, дымоход забился, – сказал Джейред. – К нам в паб приходит трубочист. Могу прислать его сюда, если хотите.
– Спасибо, дядя Джейред. Это было бы замечательно.
Кларри слезла с телеги и напоследок похлопала Барни по крупу. Джейред замялся.
– Я понимаю, что вы в ссоре с Лили, но вы ведь и дальше будете заказывать у нее пироги, правда?
Кларри сдержала обиду, поднимающуюся у нее в душе. Она знала, как много для Лили и Джейреда значат эти заказчики.
– Конечно, – уверила она дядю. – Лили печет вкусные пироги.
Джейред явно испытал облегчение.
– Но вам, пожалуй, стоит обратить внимание на то, что она держит в своих кувшинах для уксуса, – добавила Кларри.
– А, в кувшинах, – вздохнул он, краснея. – Я об этом знаю.
Неожиданно Кларри стало жаль его. Джейреду приходилось иметь дело с Лили на протяжении долгих лет, каждый день терпеть перепады ее настроения и слушать ядовитые замечания.
– Увидимся в воскресенье в церкви, – сказала она, улыбнувшись. – Спасибо, что подвезли.
– До свиданья, девочки. Я буду по вас скучать.
Кларри удивленно посмотрела на него.
– До свиданья, дядя Джейред.
Долли отвела их на третий этаж, где располагались помещения для прислуги. Комната оказалась простой, но чистой. Здесь был шкаф, умывальник и железная кровать, застеленная чистыми простынями. Свет проникал через окно, из которого открывался вид на крыши соседних домов.
– Твоя комната рядом, – сказала Долли, обращаясь к Олив. – А моя – за ней.
– У нас будут отдельные комнаты? – ахнула Кларри.
– Мы никогда не жили отдельно, – сказала Олив, тревожно глядя на сестру.
Долли засмеялась, посмотрев на их изумленные лица.
– Ну да, здорово, правда? Дома мне приходится тесниться с двумя сестрами и братом. Каждый выходной жду не дождусь, чтобы поскорее вернуться сюда.
– А как вам работать на Стоков? – спросила Олив.
– И господин, и госпожа – приятные люди, – сказала Долли. – Но имейте в виду: с ней много забот – миссис Сток почти ничего не ест и очень слаба. Приходится помогать ей мыться, потому что она не может влезть в ванну. Теперь это будешь делать ты. Господин хочет видеть тебя в своем кабинете в десять часов. Он даст тебе распоряжения. Да, и еще, – добавила Долли, подняв брови. – Скорее всего, мистер Берти будет пытаться тобой руководить. Он это любит. Тебе, может, покажется, что это он хозяин в этом доме, а не его отец. Впрочем, если ты будешь выполнять его приказы, никаких проблем не возникнет.
Кларри кивнула, и Долли повернулась к Олив.
– Будешь ходить следом за мной, и я покажу тебе, что нужно делать. В гардеробной возьмешь себе форму, хотя ты так худа, что я даже не знаю, удастся ли тебе подобрать подходящий размер. Стоки любят, чтобы их прислуга выглядела аккуратно.
Олив встревоженно взглянула на Кларри.
– А я не пойду с Кларри к мистеру Стоку?
– Нет, горничная может подниматься на второй этаж только тогда, когда господин и мистер Берти отсутствуют, – ответила Долли, изумленная таким невежеством, – за исключением тех случаев, когда тебя вызовет госпожа. Тебя не должно быть видно, особенно когда они принимают клиентов. Мистер Берти в этом отношении очень требователен. Но не нужно волноваться. Когда госпоже или Кларри что-нибудь понадобится, в кухне зазвонит колокольчик. Ну что ж, начнем, Олив.
Выходя из комнаты следом за говорливой Долли, Олив бросила на Кларри испуганный и обиженный взгляд. Ну а чего же она ждала? К ним будут относиться как к прислуге, где бы они ни оказались. Этот дом, похоже, все же лучше, чем многие другие. Кларри вздохнула и стала приводить себя в порядок перед встречей с Гербертом Стоком.
– У вас есть вопросы, мисс Белхэйвен? – спросил Герберт. Он стоял у окна, опершись на свою трость.
Берти сидел, развалившись, в кресле, и смотрел на нее с нескрываемым пренебрежением. У Кларри голова пошла кругом от только что полученной информации о ключах, припасах, заказах и меню. Олив будет помогать Долли на кухне и во время уборки дома, а стиркой и глажкой будет заниматься приходящая дважды в неделю женщина по имени Марджери. Садовником во всех домах на площади работает старый Тимоти, по вторникам он приходит к ним обедать.
Пока Кларри раздумывала, о чем спросить, Берти с важным видом заговорил:
– Вы разбираетесь в английской кухне, надо полагать? А то ведь, будучи индианкой…
Кларри уязвило его высокомерие.
– Мой отец родом из Нортумберленда, – напомнила она, – и я отличаю блюда английской кухни от прочих. Я умею готовить почти все.
– Будете обращаться ко мне «сэр», – сделал ей замечание Берти. – И к моему отцу тоже. Я буду звать вас просто Белхэйвен.
– Да, сэр, – смутилась Кларри.
Герберт, чувствуя себя неловко, прочистил горло.
– Берти, по-моему, у тебя назначена встреча с клиентом на четверть одиннадцатого?
– Я ее отменил, чтобы помочь тебе с Белхэйвен, – улыбнулся он язвительно.
– Думаю, кто-то из нас должен находиться в офисе, – сказал Герберт, указывая на дверь. – Через двадцать минут я к тебе присоединюсь.
Берти неохотно поднялся и вышел из кабинета. Обернувшись к Кларри, Герберт пояснил:
