Все началось с наказания, грубости и жестокости на грани, однако потом нас и правда накрыло обоюдной нежностью, безудержной страстью и, казалось, похоть в момент отступила, скрылась из виду, отдавая место чему-то гораздо более важному и глубокому, цепляющему.
Мы выглядели обычной парой, наслаждались круизом и даже забыли о Бобыреве. Во всяком случае, я очень хотела о нем забыть, старалась для самой себя представить все таким образом, будто дело не в притворстве, не в том, что надо играть роль, изображать несуществующие чувства. Так и тянуло поверить: между нами все по-настоящему.
И вот самый торжественный момент. Последний пункт на пути осуществления плана.
– Да, – глухо роняю я.
Ловлю себя на том, что хотела бы сделать эту фантазию реальностью, произнести слова брачной клятвы по-настоящему, без необходимости притворяться. Но не суждено.
– Объявляю вас мужем и женой, – заключает регистратор и прибавляет несколько эффектных фраз, но последующая речь проходит мимо меня.
Я размышляю о другом.
Что между нами? Последнее время мы ведем себя так, словно оба пытаемся ускользнуть от действительности, упрямо игнорируем мир вокруг, избегаем острых тем и старательно сглаживаем углы. Если и говорим, то о каких-то ничего не значащих мелочах. Но вообще мы просто целуемся, почти не отлипаем друг от друга и всякий раз норовим поскорее уединиться, сбежать подальше от людных мест. Вроде бы мы настоящая влюбленная парочка, встретились после долгой разлуки и никак не способны разорвать контакт.
Макс обвивает мою талию своими невероятно сильными и горячими руками, притягивает вплотную, склоняется и впивается в мой рот долгим и жадным поцелуем.
Боже. Помоги мне. Разве есть жизнь без этих обжигающих губ?
Я кровоточу счастьем, диким и безудержным. Понимаю, иллюзия может исчезнуть в любой момент, но останавливаться не хочу. Не важно, что и как дальше произойдет, желаю украсть у судьбы еще один день, отчаянно хватаюсь за мираж.
– Поздравляю вас, – раздается мужской голос рядом. – Желаю всего наилучшего. Вы действительно очень красивая и гармоничная пара.
Появление Бобырева выбивает меня из колеи. Конечно, я и прежде заметила его поблизости, понимала, что мужчина за нами наблюдает, но мне так хотелось растянуть мгновение, пробыть любимой невестой и женой подольше, ни на кого другого не отвлекаться, не заводить никаких бесед.
– Благодарю, – улыбаюсь и замечаю, что мой приятель детства чуть не плачет.
Его водянистые глаза поблескивают, наполняясь слезами. Губы нервно подрагивают и скошенный подбородок напряженно подтягивается. Кажется, мужчина прикладывает огромные усилия, чтобы не расплакаться.
– Я бы хотел пригласить вас в свой особняк, – продолжает он прерывистым голосом, смотрит то на меня, то на Макса. – Завтра мы как раз делаем остановку в нужном порту, оттуда час езды до потрясающих мест. Я уверен, вам понравится.
– Отличное предложение, приятель, – замечает Чертков. – Но у нас тут много других планов возникло, даже не знаю, как все вписать. Завтра мы точно не собирались выходить в порт. Есть идеи покруче.
Он теснее прижимает меня к себе и заговорщически подмигивает, а я снова перевожу взгляд на Бобырева и физически ощущаю ярость, которая в нем поднимается. Евгений бы с радостью скрутил Максу шею. За каждое касание ко мне, за каждый вдох и выдох в мою сторону.
– В особняке множество интересных мест, – начинает нас уговаривать. – Вы проведете незабываемое время в моих садах. Там огромная территория. Есть настоящий лабиринт. Даже два: снаружи и внутри. Озера. Беседки для романтических ужинов. Рядом располагаются леса. Вам нравится охотиться, Макс?
– Нет, – следует холодный ответ.
– Признаюсь, я удивлен. Думал, вы из тех, кто получает удовольствие, загоняя зверя в ловушку.
– «Нравится» – не самое удачное слово, – усмехается Черт. – Оно и тени настоящих эмоций не отражает. Я обожаю охоту. Это моя страсть. Безумно вдохновляет.
– Вы азартный человек. Под стать мне. Кстати, как насчет выигрыша? Я не выношу, если остаюсь в долгу. Предпочитаю быстрее закрывать счета.
– Забудьте. Вы ничего не должны.
– Должен, еще как должен. И буду очень признателен, если вы поскорее назовете то, чего хотите.
– Я скажу вам, когда мы приедем в особняк, – вдруг произносит Чертков. – Через неделю. Сначала отгуляем те развлечения, что я лично приготовил для моей любимой жены, а потом к вам в гости наведаемся.
– Но как раз завтра у меня начинается серия очень занятных вечеров. Приезжают важные гости. У нас намечен бал-маскарад, аукцион, тематические вечеринки…
– Мы прибудем через неделю, – твердо произносит Черт.
– Пусть так, – уступает Бобырев. – Вечером я пришлю вам приглашения, сам же сойду с лайнера завтра утром.
Я расслабляюсь только, когда Евгений скрывается из виду, позволяю себе выдохнуть и бросаю хмурый взгляд на мужа.
Да. Максим Чертков теперь мой законный супруг. По всем документам выходит именно так, и на моем безымянном пальце теперь красуется его метка – обручальное кольцо.
– Если бы я согласился сразу, это бы смотрелось так, будто мы ждали приглашения, только о нем и мечтали.
