С зудящим анусом и ноющим сердцем вошла я в дверь. Выяснилось, что до начала еще целых полчаса.
— Мы начинаем в восемь, — сообщила жутко тощая девица, встречавшая всех на пороге мексиканского, так сказать,
— На сайте указано семь тридцать, — сказала я, посуровев лицом. Терпеть не могу притаскиваться раньше, тем более туда, где никого из знакомых.
— О-о! Простите! Значит, перенесли. — Она улыбнулась, готовая зарыдать от стыда. — Но бар уже работает, можете пока что-нибудь выпить.
— Что ж, придется. На это и рассчитано, верно?
— Вы у нас кто?
— Лора Макинтайр.
Глянув в свой листок, поставила галочку и протянула мне огромный пластиковый бейдж. Мне присвоили номер пятый.
— Лора, спасибо, что пришли к нам! — она оскалилась в фальшивой улыбке. — Меня зовут Наташа, сегодня я принимаю гостей. Милости прошу в бар, пока не соберутся все участники.
«Все убогие», — мысленно скорректировала я.
— А как только они прибудут, я всех проинструктирую, как действовать дальше.
— Понятно, спасибо, — сказала я и направилась к скучавшему бармену за коктейлем «Смирнофф-айс».
— Привет, — раздался сзади мужской голос. Даже не оборачиваясь, я поняла, что это сальный тип. По тону голоса. Сделав большой глоток, состроила вежливо-приветливую физиономию и обернулась.
И волосы тоже сальные от фиксатора. Если их отжать, будет на чем картошку жарить.
— Привет, — сказала я, уже зная, что он приклеится сейчас прочно и придется с ним разговаривать, пока не появится кто-то еще. И только этот кто-то сможет меня спасти.
— Я Анджело.
— Лора.
— Какое прекрасное имя. Оно означает «богиня», я угадал?
— Не совсем. Вообще-то оно означает «лавровый куст».
Да, так оно и есть. Как-то в детстве мы с подружками изучили книгу про имена, хотелось узнать, что означают наши. Меня потом долго дразнили Кустиком.
— И все-таки я уверен, что оно означает «богиня». Скажем, на иврите.
Я поняла, что с «богини» он теперь не слезет. Это его тактика охмурежа.
Любое женское имя, по версии Анджело, должно означать «богиня» на каком-нибудь древнем языке. Было бы любопытно послушать его интерпретацию имени Хельга.
— Этого я не знаю. Знаю только, что меня назвали в честь бабушки.
— Она была наверняка такой же красавицей.
— Гм, спасибо.
— А чем же занимается прекрасная Лора?
— Своим магазином. Он у нее кондитерский.
— Да что вы? Это же замечательно!
Анджело улыбался слаще и вкрадчивее баллотирующегося политикана.
— Если ваши шоколадки так же восхитительны, как вы сами, от покупателей, наверное, нет отбоя.
Я допила остатки «Смирнофф-айс», чтобы подавить тошноту, подступившую к горлу.
— Еще что-нибудь выпьете?
— Двойную водку с колой, если можно, — сказала я, помня, что домой отправлюсь на такси, поскольку у моего малютки «Форда Ка» уже неделю барахлит мотор.
Анджело извлек из белых-белых брюк черное-пречерное портмоне и подозвал бармена.
Боже, вечер только начался, а меня уже клеит сальный итальяшка, тупой, как водопроводчик Супер-Марио из популярной компьютерной игры. Или как рекламный повар с пиццей.
Знал бы этот трепач, что у богини нестерпимо зудит геморрой, сразу бы отлип. Очень хочется почесать между ягодиц. Как же этот финт провернуть? Я хоть и не богиня (что бы ни нес этот пошляк), но, пока он крутится рядом, не могу я скрести себе задницу, как блохастая сучка. И тут, на моё счастье, в бар вошли сразу три женщины и отвлекли внимание моего итальянца. О радость!
Ясно, что они пришли вместе, так ведь спокойнее. Мне бы тоже об этом подумать. Могла вытащить сюда ту же Элис.
Одна из новеньких была эффектной черноволосой смуглянкой в аляповатой цыганской юбке и с ярким платком на голове. Анджело сделал на нее стойку. Я видела, как он мечется, не знает, то ли дальше охмурять стройняшку блондинку с модельными параметрами, то ли срочно столбить знойную красотку с бездонными карими очами.
— Очень приятно было познакомиться, — выпалил он, разворачиваясь, чтобы отойти. Так я и знала.
— И мне, Анджело.
Он небрежным шагом направился к очередной жертве. Ура! Теперь можно спокойно выпить забойный коктейль и даже аккуратно почесаться.
