Едва не врезался в толстуху, разрисованную татуировками. Такая бы на раз-два сломала меня о могучее колено. Слава небесам, сработал защитный рефлекс, и я сумел отвести кустик от головы этой дамы, которая сосредоточенно выбирала широкие штаны за три фунта, с множественными карманами.
«Примарк» — торжище коварное. В этом универмаге все до смешного дешево, поэтому денег там тратишь прорву. А как не истратить, если кругом разложены кучи товаров и все по смешным ценам?
Я взял десять пар трусов-боксеров. Но к ним присовокупил еще четыре футболки по два фунта, двое джинсов по десятке, длинные шорты за семь, аляповатые кроссовки за девять, четыре рубашки с коротким рукавом за шестнадцать и отвратительную гавайскую рубаху (в самый раз для карнавальных вечеринок, на которые давно не хожу) за шесть.
Стал продираться сквозь толпу к кассам в обнимку с фикусом и с кучей одежды, которой хватило бы на африканскую деревеньку. Подойдя к кассе, я не подозревал, что меня сейчас ограбят, растрясут мои финансы. Прыщавый меланхолик за прилавком не сразу сообразил, что куст оплате не подлежит, что фикусами они не торгуют. Потом начал сканировать штрих-коды на трусиках и прочем. Упаковав все, скучающе произнес:
— Семьдесят шесть фунтов, сэр.
Вот тебе и дешевый «Примарк». Как меня угораздило спустить столько денег в этой гребаной барахолке?
Уверенный в том, что это какая-то махинация, я протянул кассиру кредитную карточку. И зачем я все это купил? Притащился за трусами, а выложил чуть ли не сотню за шмотки, половину из которых никогда не надену.
Подавленно пришаркивая, я вышел из магазина в свежий и теплый вечер. В одной руке фикус (который ритмично хлопал меня по щекам жесткими листьями), во второй — увесистый пакет, набитый барахлом. Пакет экологичный, подлежащий нормальной утилизации. Пока я шел по пешеходной зоне торгового центра, руки стали ныть от тяжести. Подойдя к обочине тротуара, я остановился, как учили в детстве, внимательно осмотрелся, прежде чем пересечь дорогу, — нужно ведь было добрести до машины, припаркованной в переулке. Ручки у экологичного пакета оторвались, разумеется, посреди дороги, все высыпалось прямо на гудрон.
— Ну и хуйня! — поделился я своим горем с прохожими, но никому не было до меня никакого дела.
Я тупо топтался на проезжей части, не представляя, как собрать и дотащить проклятое барахло. Вот в этот момент Лора Макинтайр и ворвалась в мою жизнь… едва ее не оборвав.
Милая мама!
Помнишь, я в тринадцать лет рассказывала тебе, как произойдет мое знакомство с будущим мужем? Всех деталей уже не помню. Но в рассказе точно присутствовал необитаемый остров, ослепительно белый конь и большущая коробка шоколадных конфет.
Маленькие девочки слишком наивны, верят в чудеса. Прошло пятнадцать лет, сказка обернулась суровой реальностью. Мне не нужны необитаемые острова, я знаю, что от лошадей иногда плохо пахнет, а съев коробку конфет, придется потом целый месяц потеть в спортивном зале. Нынешняя Лора согласна на то, чтобы долгожданная встреча обошлась без чувства мучительной неловкости, без увечий или крупных денежных издержек.
И вот сегодня я встретила этого парня, мам. Его. Денег пришлось потратить немного, но неловко было очень, а серьезного увечья я избежала чудом, в самый последний момент.
Случилось все из-за паники. А паника случилась вот почему. Я вообще-то не страдаю забывчивостью. Но последний месяц в магазине аврал, голова забита бухгалтерскими отчетами, накладными на товар, рекламой и прочей ерундой. Надеюсь, это достойное оправдание? И мне простят, что я забыла про день рождения своей крестницы. Ч-черт, как же я могла?
Ну а теперь рассказываю подробнее. В шесть вечера я притащилась домой, умирая от усталости, мечтая рухнуть на диван и включить какой-нибудь незатейливый сериал. Чарли, с которой мы вместе снимаем квартиру, на неделю укатила со своим новым дружком, и можно было расслабиться. Разгуливать по квартире в трусиках и маечке, лопать мороженое прямо из пластикового корытца, не пачкая блюдца.
Войдя в кухню, подошла к холодильнику и краем глаза увидела фотку. На которой мы с Мелиной и лапонькой Хейли в прошлом году снимались в Торп-парке. И сердце замерло. Завтра Хейли исполняется четыре годика, а у меня нет подарка!
Я ведь приглашена, после работы еду сразу к ним. Отлучиться за подарком на часик среди дня нереально, ну никак.
Дарить такой крохе что-то из нашего ассортимента нельзя, у нас товары для взрослых. Хейли вряд ли впечатлит роскошная коробка пралине или дорогущих трюфелей. Вот на двадцатилетие — пожалуйста.
Выхода не было. Нужно успеть сегодня попасть в магазин игрушек «Тойс-Ар-Ас».
Не проблема, если бы мой проклятый «Форд Ка» был на ходу, но в двигателе опять полетела прокладка. Ехать было не на чем. Конечно, на автобусе можно, только это будет долго. Значит, придется брать такси.
