Маргарита Витальевна с недоумением прищурилась.
– Нормальные! – сухо отрезала она. – А почему они должны быть плохими?
– Нет, я просто предположила…
Маргарита Витальевна чуть прикусила губу, о чем-то задумавшись, и через минуту спросила:
– Вам кто-то сказал что-нибудь… такое?
– Слухами земля полнится, – уклончиво ответила я.
– Вы бы, девушка, слухам не очень-то доверяли, – ставший чуть более дружелюбным тон вдовы «охладился» весьма заметно. – Детектив все-таки!
– У вашего мужа не было любовницы? – неожиданно сменила я тему, в упор посмотрев на Загородневу.
Румяное лицо ее пошло красными пятнами.
– Вот что, милочка, шли бы вы отсюда! – отчеканила она. – Я и так уделила вам слишком много своего времени и внимания. Я впустила вас в свой дом, а вы ведете себя… неприлично!
– Извините меня, пожалуйста, но ничего неприличного в моем поведении нет, – с максимальной вежливостью ответила я. – Обычные в таких случаях вопросы, вы же сами отметили, что я детектив. Вам их наверняка зададут и в милиции.
По лицу Маргариты Витальевны было видно, что общение с милицией не входило в ее планы. Она нахмурилась и сказала:
– Одним словом, до свидания.
– Еще одну минуточку, – попросила я. – Могу я видеть Женю?
– Нет! – уже не сдерживаясь, почти выкрикнула Загороднева, и лицо ее стало совсем красным. – Ее нет дома!
Я поняла, что это правда.
– А вы уверены, что ваш муж просто утонул в Волге, а ему не помог кто-то это сделать? – упрямо продолжала я.
– Уверена, – решительно произнесла Маргарита Витальевна, раздраженно смахивая пухлой ладонью пыль с телевизора. – И вообще… В ваших услугах мы не нуждаемся!
– Вообще-то, меня наняла ваша дочь, – напомнила я.
– А это все равно что я! – повысила голос Загороднева. – Я за нее отвечаю! К тому же платит она вам не из своего кармана!
– Но и не из вашего! – холодно отрезала я и прошла к выходу.
Выйдя из лифта, я прямиком направилась к консьержу. Я хорошо помнила задумчивый взгляд Маргариты Витальевны, когда задала ей вопрос насчет ее отношений с мужем. Она прикидывала – от кого я могла получить информацию о том, что с мужем у нее не все гладко? Возможно, логически порассуждав, она пришла к выводу, что я, наверное, уже пообщалась с консьержем. А это означает, что консьерж вполне может оказаться в курсе каких-то событий семейной жизни Загородневых. Это лишь мое предположение, но проверить его необходимо. Конечно, консьерж вряд ли выложит мне все подчистую, но на этот счет у меня имелся извечный и практически безотказный способ.
На этот раз консьерж сосредоточился не над газетой. Я подошла поближе и увидела, что мужчина что-то подсчитывает на калькуляторе, зажав его в кулаке. Бросив на меня любопытный взгляд, он убрал калькулятор и спросил:
– Ну что? Удачно сходили?
– Можно сказать и так, – ответила я и, желая продолжить разговор, обронила: – Вот как бывает! Живет-живет человек, процветает, и вдруг – бах! Такое несчастье! К сожалению, часто такое случается. Нужно быть очень осторожным, особенно когда ты на воде отдыхаешь. Слава богу, хоть дочь с супругой с ним не поехали, иначе… Всякое могло случиться!
– Да, – кивнул консьерж. – Но Маргарита-то и не ездит с ним никогда. Женя только если… Но она сейчас экзамены сдает, ей не до отдыха.
– Маргарите Витальевне хочется в выходные дома сидеть? Даже в такую жару? – удивленно спросила я и улыбнулась.
– А она и не сидит, – тоже улыбнулся мне консьерж.
– По салонам небось, по бассейнам ходит? – продолжала расспрашивать я.
– Это уж я не знаю, – махнул рукой мужчина.
– И в эти выходные ее не было? – уточнила я.
Консьерж внимательно посмотрел на меня. Уверившись в правильности своего решения, я достала из сумочки довольно-таки крупную купюру и протянула ему. Купюра моментально исчезла в кармане форменного пиджака, и консьерж заговорил уже более охотно, хотя и вполголоса:
– В субботу вечером она упорхнула куда-то на такси. Довольная была, да и расфуфырилась здорово. А обратно вернулась только в воскресенье, уже к вечеру, и совсем в другом настроении. Мимо меня прошла, даже не поздоровалась. И глаза – красные, будто заплаканные.
– А как они между собой ладят, не знаете?
– Скандалов я никогда не слышал, если вы об этом. Утром уходят – вечером приходят. Но всегда врозь.
– У него есть любовница?
– Не знаю, никогда не видел, – вновь улыбнулся консьерж.
– А у нее – любовник?
– Тоже не видел. Но пропадает она по вечерам частенько.
– Машина какая у него?
– Джип «Тойота». Синяя. В гараже стоит.
– У нее?
– Красный «Фольксваген-гольф», – коротко и четко ответствовал консьерж.
Выдержав паузу, он снова потянулся к калькулятору, давая мне понять, что больше он ничего не знает. Кратко поблагодарив его, я направилась к выходу. Однако, покидая дом Загородневых, я никак не могла отделаться от ощущения, что я что-то упустила. Мелькнула какая-то ниточка – и ушла. Это чувство неудовлетворенности не давало мне покоя…
