— Был назгулом… Ты же понимаешь, что это не оправдание? — Моргомир повернулся и встретился взглядом с Анриэлом. — Ты погубил много эльдар, пусть даже твоя вина была косвенной. Ты чуть не убил Кэльдара. Мэлнилитона ранили перед битвой у Ривенделла. Моя дочь едва не погибла…
Моргомир вздохнул и закрыл глаза. В правоте Анриэла нельзя усомниться, полуэльф действительно виноват во всём этом. Ещё несколько лет назад всё было по-другому, всё казалось иным.
— Я не знаю, чем заслужить ваше прощение, лорд Анриэл. И не знаю, стоит ли его заслуживать.
— Не стоит. Заслужить моё прощение нельзя, потому что всё это слишком серьёзно, потому что я взаправду мог лишиться своих детей. Заслужить моё прощение нельзя, потому что я не хочу этого и не хочу, чтобы ты зря старался. Моя дочь любит тебя, и я не могу осуждать её за эту любовь. Она увидела в тебе твою истинную сущность, полюбила твою душу. Я не могу её понять, но я не хочу, чтобы она была несчастной.
— Вы считали, что я сделаю её несчастной, — Моргомир пытливо взглянул на Анриэла. Полуэльф не мог угадать заранее поведение эльды и не знал, что тот скажет. — Лорд Анриэл, я никогда не обижу Арименэль, — Моргомир даже подумать о таком не мог. Чем-то обидеть любимую… Нет, никогда!
Эльда долго молчал, смотря куда-то в сторону, словно не замечая полуэльфа. Взгляд Анриэла скользил по Ривенделлу. Весна приближалась, воздух становился чище, солнце сияло всё ярче. Таял снег.
— Я знаю, — коротко бросил Анриэл через плечо Моргомиру, а потом вдруг резко пошёл прочь, оставляя за собой недоумевающего полуэльфа.
Весна приходила не только в Ривенделл, но и в души, смягчая их и заставляя смотреть по-иному. Смотреть и видеть только свет.
***
В начале марта в Имладрис приехала Лаурелинмэ. Все встретили её с радостью: и Арименэль, и Моргомир, и Элронд, и многие жители Ривенделла. Лаурелинмэ оставалась насовсем, и это радовало ещё больше. Но эльфийка почему-то странно себя вела и старалась держаться поближе к племяннику и его любимой, словно боясь кого-то. И Арименэль знала, кого.
— Новость быстро разлетелась по Ривенделлу, он несомненно о тебе знает, — эльфийка старалась уговорить стремительно бледнеющую от волнения нолдиэ встретиться с Глорфиндейлом. — Думаешь, он тебя не ждал?
Лаурелинмэ подняла на подругу странно блестящие зелёные глаза, и Арименэль заметила, как сомневается нолдиэ и беспокоится.
— Много лет прошло. Мы… я… Вдруг он меня забыл? — пробормотала Лаурелинмэ, быстро отведя взгляд. Эльфийка нервно теребила волосы, стараясь скрыть, что у неё дрожат руки. — Я боюсь, Арименэль, — еле слышно прошептала она. — Я ничего не знаю, я совершенно запуталась, словно маленькая девочка, хотя мне уже много тысяч лет. Как мне назвать эти чувства?
— Ты знаешь их название, — Арименэль ободряюще улыбнулась подруге. Когда-то она и сама так же путалась, волновалась, боялась и не могла понять, что с ней происходит. — Любовь.
— Пожалуй, ты права, — молвила Лаурелинмэ после недолгого молчания. — Я люблю его. Когда мы вместе путешествовали по Средиземью, пытаясь найти моего дядю, брата отца, я влюбилась в него. Мне не хотелось верить в это, и я сбежала потом, после того, как мой дядя отправился в Валинор. А как это ещё назвать? Быстро попрощалась с Глорфиндейлом и ушла. Он много раз пытался узнать, где я живу, но я не говорила. Он приезжал однажды в Лориэн, поговаривали, что он искал меня… — эльфийка осеклась и замолчала, а потом пробормотала, краснея. — Мне казалось, что это всё глупые слухи.
— А это не было слухами, — раздавшийся позади голос был знаком обоим девушкам.
Лаурелинмэ быстро обернулась и побледнела ещё больше, но не двинулась с места. Арименэль, взглянув на друзей, поняла, что они должны сами во всём разобраться.
— Я пойду, пожалуй, — произнесла девушка и быстро ушла, оставляя за собой Лаурелинмэ и Глорфиндейла.
— Ну наконец-то мы встретились, — выдохнул с облегчением золотоволосый эльф и посмотрел на Лаурелинмэ, которая так и стояла, не двигаясь и боясь даже дышать. — Здравствуй. Спустя столько лет, — он криво улыбнулся.
— Здравствуй, — эльфийка с трудом смогла успокоиться. В самом деле, она вела себя так, будто была маленькой девочкой, а ей ведь уже много лет. — Глорфиндейл, я действительно не думала, что ты приезжал в Лориэн искать меня.
— А что, ты думала, что я просто так приезжал? — в его голосе звучала грусть. — Ты думала, что я забыл всё?
— Эльфы не забывают, — пробормотала Лаурелинмэ, отводя взгляд в сторону. — А ты и не хотел забывать… Я и сама не хотела.
— Ты-то по другой причине, наверное, — горько отозвался Глорфиндейл. — Лаурелинмэ, почему? Почему мы общаемся, путешествуем вместе, а после, достигнув цели, ты сбегаешь? Хотя я сам тоже хорош… Но всё же ответь. Мне нужно это знать, — последнее предложение эльда произнёс очень тихо, но Лаурелинмэ его услышала.
— Я запуталась, — эльфийка опустила глаза, — я виновата, знаю. Мне хотелось получить ответ на свои вопросы, но я так и не нашла его за все эти годы. Вернее, нашла — свой ответ.
