Юноша был одет в привычные рубашку и брюки, но его лицо покрывала трехдневная щетина, а черты лица еще больше обострились.
– Ах, да, лидер сопротивления! Слышала, вы стали заместителем мэра, поздравляю! – Алиша откинулась на спинку скамейки, откусывая еще партию кукурузных зерен.
Риккерт подошел к ней, какое-то время смущенно потоптался и присел на самый край.
– Признаться честно, издалека я принял вас за другую. И до сих пор немного смущен… – вглядываясь в черты девушки, сказал он.
Алиша вытерла тыльной стороной ладони рот и криво улыбнулась.
– Иногда нам в жизни приходится играть разные роли, не так ли? – хмыкнула она, смеряя Риккерта испытывающим взглядом. – Впрочем, я развею ваши сомнения. Алирия Катовска и Алирия Митору – одно лицо. Вот, у меня даже есть подтверждение.
И она достала из-за пазухи полученный в университете диплом.
– Долго у них пылился, решила забрать. Все ж память о прошлой жизни, – пояснила она, пока Риккерт растерянно пробегал глазами по корочке.
– Я ведь не должен спрашивать, как это произошло? Что вообще произошло? – спросил он, наконец.
– Это не имеет значения, – глухо ответила Алиша, одним точным броском отправляя лысый початок в урну на другой стороне дороги.
Девушка забрала из рук Риккерта диплом, встала и пошла прочь. Юноша, несмотря на явную растерянность, последовал за ней.
– Хорошо, я не стану донимать вопросами. Это не мое дело. Но я вижу, что тебе… вам нелегко. И хотя мы не очень хорошо расстались, смею надеяться, что смогу рассчитывать на дружеские отношения. К тому же, я не забыл, что вы спасли наши с Шалли жизни. И всегда буду за это благодарен.
– Как поживает эта девушка, кстати? Я о ней ничего не слышала после операции, – поинтересовалась Алиша.
– Ну… Она помогала в восстановлении города, как и я. Потом я отвез ее на западное побережье немного отдохнуть. В Аверт, вы знаете…
Алиша усмехнулась. Он называл ее на «вы», хотя в курортном городе Аверте они провели две вполне романтичные недели, в течение которых Риккерт из кожи вон лез, чтобы показать Алише, какой он надежный и серьезный ухажер. И всегда, с самого начала, обращался с ней несколько покровительственно. Но то уже былое.
– В общем, я сделал ей предложение, и в начале лета мы зарегистрировали брак, – будто боясь реакции Алиши, произнес Рик.
Девушка слегка повела плечами.
– Поздравляю с началом семейной жизни! Шалли хорошая девушка и многое пережила. Надеюсь, с тобой она будет счастлива.
– Спасибо. А вы? – спросил вдруг Риккерт.
– Что я? – посмотрев на него, спросила Алиша.
– Что вы будете делать?
– Мастер не выбирает, что ему делать. Он служит родине и выполняет приказы. Именно это я и буду делать. Служить, – Алиша смерила Риккерта тяжелым взглядом.
– Прости… Я просто не знаю. Ничего не знаю! Как правильно обращаться, что там произошло и почему ты стала такой! Но я вижу, что что-то не в порядке, и хотел бы помочь.
Риккерт отвел от нее взгляд. Алиша знала, что он говорит искренне. Да, у юноши в голове была четкая модель отношений и своей роли в них, и когда-то давно он пытался подогнать Алирию под эту модель. Возможно, сейчас примерно то же происходит у них с Шалли, но это уже не ее дело. Зато она хорошо знала, что Риккерт радеет за справедливость и никогда не оставит друзей в беде. Возможно, поэтому он вел себя так сейчас.
– Риккерт, – произнесла она, и юноша вздрогнул. – Я принадлежу к древнему могущественному клану воинов-мастеров. Теперь это моя судьба и мой путь до последнего вздоха. Мои чувства не имеют такого уж большого значения. Очень скоро они изменятся, потому что мы, мастера, воспринимаем свое настроение и работу психики иначе, чем другие люди. Это огромный древний мир, в который вход большинству обычных людей заказан, понимаешь? Поэтому нет смысла искать во мне что-то прежнее. Как и я никогда не буду видеть в тебе своего прежнего знакомого.
– Но, я надеюсь, как госпожа Митору ты позволишь мне называть тебя своим если не другом, то хотя бы добрым товарищем? – тихо спросил Риккерт.
Они остановились в конце бульвара. Тени раскидистых деревьев скрывали яркое солнце, легкий ветерок играл с листьями, заодно унося по улицам мелкий мусор.
– У меня нет возражений, хотя не исключено, что мы больше не увидимся, – не без грусти в голосе произнесла Алиша.
Риккерт удовлетворенно кивнул.
– Мне было важно это услышать. Разумеется, я понимаю, что прежние времена и прежних нас уже не вернуть. Наверное, это к лучшему. Хотя я всегда считал, что знаменитый Скарскроу Митору – единственный представитель своего клана. Об этом даже в энциклопедии в разделе про мастеров написано. Поэтому так удивился, когда узнал, что в клане есть еще и женщина. И уж тем более теперь обескуражен, что это именно ты.
– Что ты хочешь узнать? – устало улыбаясь, обратилась к нему Алиша. Она чувствовала учащенное сердцебиение Риккерта и видела, каких усилий ему стоит подбирать правильные слова.
– Каково это – быть частью Митору? Быть в одном клане с гением? – наконец, спросил он.
Алиша отвернулась и снова пошла по улице. Деревья остались позади, и яркое солнце ослепило девушку.
