– Каком? – спросила Рамона, не в состоянии оторвать глаз от прекрасного браслета, от бриллиантов, которые сверкали, переливаясь всеми цветами радуги в полумраке магазина.
– Чтобы мне позволили сопровождать синьору во время ее поездки по Риму сегодня после обеда и, если можно, показать ей некоторые достопримечательности, которые она еще не видела. А потом, если она позволит, иметь честь пригласить ее на обед в таверну «Ливия».
Рамона внимательно посмотрела на него. Он, конечно, довольно неприятный попутчик – низкий, толстый и безобразный. Но она не могла не признать, что в нем был определенный шарм, магазин его был заполнен самыми изысканными вещами и он, видимо, обладал обширными знаниями в области искусства и наметанным взглядом на красивые вещи.
Ей наскучили заискивающие итальянские сутенеры, которые умудрялись пробираться к ее люксу в «Гранд-отеле». Надоели ей и грубоватые шуточки и ласки ее партнера по фильму Грегори Мендельсона, когда они порой случайно занимались любовью. Несколько лет назад они пережили знойный, неукротимый роман. Тогда он был еще довольно привлекательным мужчиной, идолом многомиллионной аудитории своих поклонников. К сожалению, время было неумолимо, оно нанесло урон не только его волосам и талии, но и его сексуальным возможностям. Хотя он делал героические попытки удовлетворить Рамону в постели так, как делал это в былые времена, их страсть остывала и становилась все менее нужной им обоим.
– Хорошо. – Она снова кивнула головой. – Я думаю, мне будет приятно прогуляться в вашей компании… и я с радостью принимаю ваше приглашение на обед. – Она посмотрела на часы. – О, простите, мне надо бежать, как раз сейчас должны начаться съемки, я, наверно, уже опоздала. Вы не проводите меня, синьор?
Достав из кармана связку ключей, он спокойно закрыл за собой и Рамоной двери магазинчика и вывел ее на улицу, под лучи надоевшего всем римского солнца.
Он заехал за ней в «Гранд-отель» в девять вечера. В автомобиле антиквара, открытой черной «Ланчии», его полнота совсем не была заметна, особенно в иссиня-черном свободном костюме от Карацени. На нем была белая шелковая рубашка фирмы «Бурлингтон Эркейд» и яркий малиновый галстук. Если бы не его безобразное лицо, тучная фигура и приторный запах одеколона, в котором он, кажется, искупался, перед тем как приехать за ней, он был бы вполне представительным мужчиной. Он сделал комплимент Рамоне, которая была необыкновенно элегантна. На ней было легкое платье цвета шампанского, плотно облегавшее тонкую талию и делавшее актрису такой хрупкой и стройной, что ей могла бы позавидовать сама Мерилин Монро. На шее у нее сверкало бриллиантовое колье от Фулко, а на запястье тот самый восхитительный браслет из слоновой кости с бриллиантами. Они были такой неординарной парой, что привлекли всеобщее внимание, проходя через холл отеля, и несколько человек даже открыли от восхищения рты, пораженные изяществом и красотой Рамоны.
Он был явно доволен собой. Еще никогда он не выходил в свет с такой восхитительной и знаменитой женщиной, как Рамона: ни одна красивая или хотя бы симпатичная девушка не задерживалась на нем взглядом, хотя иногда благодаря деньгам он и добивался своего. Но Рамона, казалось, не обращала никакого внимания на его низкий рост и некрасивую внешность. Создавалось впечатление, что ее больше интересуют его познания в области ювелирного дела и живописи. Пока они ехали в автомобиле по шумным улицам в направлении римских окраин, она внимательно слушала его ответы на свои многочисленные вопросы.
Рамона была прекрасной слушательницей, и это позволяло ей легко узнавать все подробности прошлого ее собеседников. Благодаря одному-двум искусно заданным вопросам ей удалось составить полную картину жизни антиквара. Когда они сидели за столиком открытого летнего ресторанчика, наслаждаясь благоухающим ночным воздухом и потягивая шампанское из дорогих венецианских бокалов, Умберто Скрофо, а это был он, рассказал Рамоне Арман почти все, что она, по его мнению, должна была знать о его прошлом.
Умберто необычайно везло в жизни. Когда головорезы мафии обрекли его на гибель в маленькой шлюпке вблизи побережья Калабрии, стояла ясная лунная ночь, а море был пустынным и тихим. Без компаса, надеясь больше на удачу, чем на свои навыки, он умудрился обогнуть мыс Калабрия, самую южную точку итальянского континента, и пройти через пролив Мессина. Здесь его и обнаружил один из местных рыбаков, который спас его, вытащив полумертвым из лодки, и привезя в свой дом в маленькой сицилийской деревушке. Когда Умберто обнаружил, что он имеет дело с одним из своих старых армейских друзей, а не с членом «коза костры», он успокоился и за несколько золотых монет благополучно добрался до Рима.
