— Пока не очень.
— Мы с вами давно знакомы, поэтому я могу выразиться более откровенно. Мы хотим открыть солидный клуб для состоятельных бизнесменов, где, как вы понимаете, не обойтись без стрип-бара. Хотите вложиться в это дело и стать его коммерческим директором?
Предложение было настолько неожиданным, что я изрядно растерялся.
— А собственную фирму я куда дену?
— Ну, например, сделаем ее филиалом нашего клуба. — По одному только тону, с которым были произнесены эти слова, я понял, что мой собеседник улыбается в трубку. — Не беспокойтесь, Сергей Иванович, мы обязательно что-нибудь придумаем, тем более что данный проект пока еще находится в процессе становления… В любом случае ваши девушки без работы не останутся.
— Так вы, Михаил Максимович, еще и девелопер? — осмелился пошутить я.
— Можно сказать и так, — снизошел до моей шутки Куприянов, поскольку все дела приходится разруливать мне лично. — Я пока не тороплю с ответом, поэтому у вас есть время подумать… Кстати, с наступающим вас!
— Вас также!
— Сам я вскоре еду отдыхать за границу, поэтому мы можем встретиться уже после всех новогодних праздников — если, разумеется, вы согласитесь.
— Почти уверен, что соглашусь, поэтому с нетерпением буду ждать их окончания.
— Вот и отлично. Желаю хорошо повеселиться, — и бывший премьер, не дожидаясь ответного пожелания, бесцеремонно повесил трубку.
Естественно, что столь неожиданное развитие событий потребовало основательного перекура, после чего я позвонил Анатолию (который, разумеется, уже знал о третьей попытке нападения), чтобы посоветоваться.
— Надо соглашаться, — после недолгих раздумий решительно заявил мой напарник.
— Почему ты так уверен? Свободное плавание надоело и захотелось лечь под солидного дядю? А я-то думал, что мы с тобой — по-настоящему деловые люди.
— То есть?
— То есть рождены с деловой хваткой и имеем одну характерную особенность: хотим работать на себя и ненавидим работать на «чужого дядю». Иначе говоря, нам хочется полной самостоятельности и отсутствия над собой всякого начальства, хочется быть хозяином собственной судьбы, а если от кого и зависеть, то лишь от непредсказуемых прихотей Фортуны.
— Глупости говоришь, Серега, да и не время сейчас философствовать! Нам надо уйти от наезда, а лучше всего это сделать именно так — перейти в легальный бизнес, да еще с такой «крышей»! Как друг тебе говорю — соглашайся.
— Ну хорошо, хорошо, я подумаю… Кстати, — вовремя вспомнил я, — ты как насчет совместной встречи Нового года? У меня была идея устроить тихий семейный праздник: ты с Дашкой и я с Катюхой.
— Увы, не получится. Я уже договорился со своими родителями и даже билеты взял, так что нас с Дашкой не будет в городе вплоть до православного Рождества.
— Жаль, однако! Ну, ладно, счастливо тебе, и до встречи в новом году!
— Много не пей! — решительно посоветовал Анатолий.
— А с Катюхой мало не получится, — уныло усмехнулся я, чувствуя на душе какую-то неприятную тяжесть.
До Нового года оставалась ровно неделя, а я неожиданно начал терять варианты один за другим. Вскоре после Анатолия отказалась даже Катюха — чем потрясла меня до такой степени, что мы даже слегка поссорились. Причина тому была весьма банальна — она категорически заявила, что будет встречать Новый год только со своим сыном — и никак иначе. Мне же этого очень не хотелось, поскольку мои отношения с Федором были, мягко говоря, далеки от идеальных и в отличие от предыдущих сожителей Катюхи я не согласился бы его усыновить ни за какие деньги.
Именно на его примере я убедился в одной забавной истине — чтобы почувствовать себя крутым, надо хоть что-то сделать, но для того, чтобы почувствовать себя умным, делать вообще ничего не нужно, поскольку все люди и так от природы считают себя самыми умными — причем начиная с самого юного возраста!
А этот самый Федор действительно считал себя самым крутым в классе, а потому позволял себе на уроках самые наглые выходки и замечания. Так, однажды, когда учитель математики предупредил о том, что завтра в их классе состоится контрольная, Федор тут же поинтересовался:
«А могу я не прийти?»
«Почему? — удивился учитель. — Впрочем, если будет уважительная причина, то конечно».
«У меня будет очень уважительная причина! — нагло заявил ученик. — Например, сегодня ночью я могу устать от интима», — и он оглянулся на хихикавшую рядом с ним одноклассницу.
К счастью, учитель оказался обладателем замечательного чувства юмора.
«Если устанешь от интима, то придется писать контрольную левой рукой», — сухо заявил он, вызвав среди мужской половины класса настоящую бурю восторга.
Как-то во время задушевных разговоров в постели я задал Катюхе очень простой вопрос: «Когда ты была счастлива?» И она, немного подумав, дала мне самый простой ответ: «Когда родила сына». Однако, по моему мнению, родить — мало, надо еще воспитать, а как и кем она могла воспитать своего Федора, если почти непрерывно пьянствовала и встречалась с мужиками за деньги?
