– Ну, конечно, моя художница, засядешь с мольбертом надолго. Только патлатого с собой не возьмем!
Немного ускорившись, продолжили обходить второй и третий этаж. Под конец, бегая наперегонки через смежные комнаты по кругу.
После ужина в средневековом духе мы прогулялись в сумерках по саду, утопающему в цветах. Заглянули в часовню. Ну и кто меня дернул там, посадить Аню на стол и срывать со сладких губ поцелуи? Член мне напомнил, что он вообще-то не железный, болезненно упираясь в штанах. Сам знаю, что дурак. Мне сложно не трогать малышку, когда мы рядом, тем самым разжигая и без того неуемное перевозбуждение. Монахом что ли стать? Так не поможет же.
– Стоп! – оторвался от нее, спуская со стола на пол. – Мы же бал чуть не пропустили! – мне в любом случае надо было вытянуть нас из толкающей на грех часовни.
Кивнул дворецкому знак и провел Аню опять в тот самый картинный зал. Из невидимых динамиков зазвучала музыка. Классическая мелодия под стать атмосфере располагала только к медленным танцам. И вот опять я трогаю тонкую талию, сам уже не замечая, как зарываюсь носом в шелковистые волосы.
В перерывах мы пили еще шампанское, незаметно появившееся на столике. Я кружил и подбрасывал малышку, когда нам надоедала монотонная музыка. И просто наслаждался временем, которое очень быстро закончилось…
– Скоро двенадцать и моей Золушке пора домой. На тыкве ехать не так уж и комфортно. Да и мышей фиг догонишь, – попытался иронией смягчить конец сказки, – Придется поспешить. Если ты, конечно, не захочешь остаться.
Вместо улыбки на мою очередную шутку, она закусила нижнюю губу, напряженно вглядываясь мне в глаза. Минутной давности веселье сменилось волнением. И стены огромного зала по ощущениям сузились, будто вжимая нас друг в друга. Разрываясь между желанием схватить и унести наверх, и сдерживать вопреки колотящемуся сердцу обещание, я знал, что приму любое ее решение. Ведь Аня стала для меня больше, чем…
Потерял нить мысли, когда увидел мягкую улыбку на лице своей малышки.
– Я хочу, Свят. Хочу остаться…
Аня
Мое решение не стало сиюминутным порывом только лишь под впечатлением замка. Все, что он сделал для меня. Сказку. Возможность почувствовать себя принцессой. Увидеть его не просто принцем, а другим… Началось задолго до сегодняшнего дня. И самое главное волшебство находилось внутри меня. Я не любила никого до Свята так, как можно любить мужчину. Сейчас, глядя в его только с виду ледяные глаза посреди помпезного зала, я точно знаю, что больше никому не смогу отдать настолько раскрытое сердце.
– Малышка, ты понимаешь, что… – ему дается нелегко говорить, я вижу, насколько он напряжен, подбирая слова.
– Я все понимаю, мой принц.
И в знак подтверждения, встаю на носочки, крепко обнимая любимого. Как же тепло, когда он рядом, так близко, что хочется касаться широких плеч, вдыхать ставший неотъемлемой частью меня аромат, и знать – ему это тоже нравится.
– Ты сможешь меня остановить, – хрипло произносит мой принц, утыкаясь мне в волосы, и я чувствую на себе его громкое сердцебиение.
– Знаю, знаю, – успокаиваю скорей саму себя, не в силах разжать объятия. Отойти хоть на шаг. Боюсь разорвать невидимую связку, в которой я не вижу себя без него.
Почему-то во мне появилась уверенность, что остановить никого из нас уже не удастся. Я сама оттолкнулась с обрыва и несусь туда, где прежней больше не стану. Пусть впереди неизвестность. Но я хочу преодолеть этот путь вместе с любимым.
Только представила себя парящей, как тут же взлетела, оказавшись в сильных мужских руках. В этот раз Свят не держал меня как ребенка, закинув ноги за спину, и не волок задом, приподнимая за талию. Впервые он поднял меня как девушку, уложив на вытянутые руки.
Если где-нибудь проводятся соревнования по бегу с грузом на преодоление препятствий нам точно стоит подать заявку и принять участие. На лестнице я даже сильнее сжала принца за шею, настолько быстро он спешил, опасаясь, как бы кто-то из нас не передумал.
Я не хотела оглядываться назад. Ведь я там уже была. Сейчас. С ним. Здесь. Мне нужно пройти дальше самой себя.
В спальне викторианской эпохи Свят поставил меня на ноги. На громоздкой тумбе тускло горел ночник, завуалированный под лампаду. Блики играли и падали, окружая нас таинственным светом. Стерлась черта между реальностью и сказкой. Я не могла больше думать и трезво рассуждать. Чувства и ощущения взяли верх, и кроме нас ничего не имело больше значения.
Всего на миг мы замерли, всматриваясь друг другу в глаза. Свят поднял руку касаясь моего подбородка, и наклонившись, толкнулся языком в мои приоткрытые губы. Резкие движения, сменяли нежные, и я млела, одновременно вскипая как неделю назад в моей комнате. И если тогда я смутилась от его прикосновений. Сейчас желала получить их больше всего.
– Малышка, ты сводишь меня с ума, – шепчет мне в самые губы любимый.
