Засуетилась, глазами захлопала, не хочется, видать, оставаться без завтрака.
– Подожди меня.
Помчалась быстрее ветра брызгаться. А я снова обшарил сверху донизу весь холодильник, выволок на стол все джемы, кремы, которые только под руку попались, и стал сооружать слоёнку. Кладу блин, намазываю кремом, поливаю вареньем. Затем снова блин, и по новой всё подряд валю, да ещё сахарком присыпаю. Когда Ребекка, посвежевшая после принятия водных процедур, вошла и увидела мои кулинарные извращения, то за голову схватилась:
– Куда ты столько сладкого кладёшь? Зубы ведь испортишь.
– Наплевать, – ответил я равнодушно, – не зубы и были. Пускай быстрее портятся, я себе потом «Голливудскую улыбку» сделаю.
Села, над своей тарелкой склонилась и раз-раз, два блинчика ко мне перекинула. Посмотрела на моё вытянувшееся от удивления лицо, пояснила:
– Мне хватит и двух.
Прямо как в сказке про Дюймовочку – зёрнышко надкусила и сыта. Моего обычного дневного рациона ей, наверное, на неделю хватило. С одной стороны хорошо: если иметь такую жену, то можно кучу денег на питании сэкономить, а с другой – чувствуешь себя рядом с такой скромнягой ужасным обжорой. Поэтому не мог не съязвить:
– Фигуру бережёшь? Не боишься, что скоро начнёшь костями греметь?
Стали есть. Пока она один блин ковыряла, я половину своей неслабой порции умял. Всё бы хорошо, вот только скучно: сидишь как истукан и только челюстями работаешь, а язык без дела остаётся. Жую, а сам размышляю, о чём бы таком поговорить. И ни с того, ни с сего сказал:
– Вообще-то готовить – не мужское дело.
– А чьё же?
– Ваше, конечно, женское.
Тут она вилочку отложила, ручки сложила перед собой, горлышко прочистила, приготовившись, по всей видимости, к интеллектуальным дебатам.
– Тогда ваше какое, а? Телевизор смотреть и журнальчики перелистывать?
Я уж и не рад был, что этот разговор затеял. Хотел пошутить, а вышло совсем наоборот. А ввязываться в спор, значит, снова ссориться. Если каждый день ругаться – ничего хорошего меня не ждёт. Поэтому сделал попытку примириться:
– Да ешь ты спокойно, остынет всё.
Но моя заботливость её ничуть не тронула. Уставилась немигающим взглядом и жаждет схватки. От такого взгляда моё лирическое настроение улетучилось вместе с аппетитом. Вот ведь вредина, и дня без ругани прожить не может. Ладно, голубушка, сама напросилась.
– Вот только не надо на меня так смотреть. Я, между прочим, телевизор почти не смотрю, берегу глазки, и журнальчики не листаю. – И после паузы добавил. – Разве что «Плейбой» – там картинки интересные.
Если бы не было последней фразы, может, всё и обошлось, но сказанного не воротишь.
– Ничуть не сомневаюсь, что ты такие картинки любишь разглядывать, – проговорила она ледяным тоном, – самое подходящее занятие для дебила.
Вскочили мы одновременно. Но так как дверь была к ней ближе, погоня несколько затянулась. Да ещё мне пришлось несколько раз прыгать через столы и стулья, так что настиг её уже у окна. Только собрался залепить ей в лоб щелбан, как раздался автомобильный гудок. Это вернулся Джек, и мне настала пора подобно коту из мультсериала « Том и Джерри» бежать поскорее куда-нибудь закапываться. Взглянул на Ребекку – та торжествующе улыбается. Значит, отсюда защиты ждать не приходится. И поплыли у меня перед глазами кадры кинохроники: вот останавливается машина, из неё выходит Джек и идёт к дому. По мере его приближения улыбка у Ребекки становится всё шире, а моё лицо скучнее. Стою как кролик перед удавом и ничего поделать с собой не могу. Страшновато, и в то же время, убегать стыдно. Будь что будет, – решил я, – Если сразу не убьёт, может поживу ещё немного.
Но тут произошло нечто неожиданное. К нему на бешеной скорости подлетел автомобиль, из него выскочили двое мужичков и схватили его за руки. Он, конечно, рыпнулся, но удар по голове предметом, сильно смахивающим на пистолет, заставил его тело обмякнуть. Также быстро он был затащен в салон автомобиля, который сразу стал разворачиваться.
Ребекка остолбенела от такого зрелища, но я нет. Когда автомобиль развернулся, мне было до него всего несколько шагов. Удалось даже вскочить на багажник, но резкий поворот сбросил меня с него. Хорошо ещё на газон, а то, учитывая ехавший сзади автобус, из меня могла получиться хорошая лепёшечка.
Вскочив, побежал к «авто» Ребекки. Она была уже рядом и даже успела открыть двери. Я сел за руль. В управлении ничего понять было невозможно. Привык к трём педалям, а здесь их всего две, и как на какую жать чёрт его знает.
– Чего копаешься? – нетерпеливо спросила меня Ребекка.
– Да вот, одной педали не хватает, – пожаловался я.
– А тебе сколько нужно?
– Хотя бы три.
Посмотрела на меня как на полного идиота, толкнула в плечо:
– Уйди отсюда!
Пришлось перепрыгнуть на заднее сидение. В её руках машина мгновенно ожила, стартовала и помчалась в погоню. Вообще-то я читал в книжке, что сначала надо мотор прогреть, но сейчас была действительно экстремальная ситуация. Нужный нам автомобиль как сквозь землю провалился. Это её обозлило, и она решила выплеснуть свою злость на меня:
