– Нет, – тихо ответил Кэмерон. – Вы все еще девственница?
Из горла Жозетты вырвался сдавленный возглас.
– А вы не отказываете себе в дерзости, правда?
– И все же таков мой вопрос.
Конечно же, она не была девственницей, но доставлять Кэмерону удовольствие своим ответом Жозетта не собиралась. Она выпила бокал рома и сняла с ноги туфельку. Его ленивый взгляд перекочевал на ее затянутую в чулок ступню, и Жозетта назло Кэмерону пошевелила пальцами.
На его губах заиграла странная полуулыбка, и он слизнул со стенки бокала скатившуюся каплю рома.
– Понемногу начинаете дерзить?
– Я полагаю, это вопрос, мистер Андруз.
– Мы вновь вернулись к формальностям? Пытаетесь защититься?
От его низкого голоса по коже Жозетты забегали мурашки.
– Еще два вопроса, но очередь спрашивать остается за мной. Наверное, нам стоить назначить наказание за нарушение правил.
– Хорошо, за заданный вне очереди вопрос нарушитель выпивает дополнительную порцию рома и снимает один предмет одежды.
– Договорились. – Жозетта внимательно смотрела на Кэмерона, раздумывая, о чем бы его спросить. При мысли о том, какую опасную игру они затеяли, по ее спине пробежал холодок. На протяжении многих лет она сгорала от желания провести наедине с Кэмероном хоть несколько минут. И вот он здесь, заперт вместе с ней в комнате и играет в игру, способную взбудоражить весь город, если о ней невзначай станет известно. Но кто узнает? И кто она такая, чтобы беспокоиться об этом? О, это действительно чудесно.
– Итак, месье Андруз, со сколькими женщинами вы спали?
Кэмерон наполнил бокал, залпом осушил его и снял с себя жилет. После этого он подошел к столу и наполнил свои пустые бокалы, прежде чем снова лениво опуститься на диван.
– Полагаю, их было так много, что вы не можете припомнить. Или вы не желаете отвечать, потому что это унизительно?
Кэмерон развеселился.
– Вы задали вопрос вне очереди. Так что снимайте что-нибудь и осушите бокал.
– И все же я по-прежнему веду в счете. – Жозетта сняла другую туфельку.
– Мадам Леблан. – Кэмерон замолчал.
Жозетта едва не заглотила наживку и не напомнила ему, что он снова прибегает к формальностям. Но вовремя прикусила язык и ждала.
– Желали ли вы своего супруга в самом чувственном смысле этого слова?
Жозетта едва не подавилась, а ее щеки опалила краска смущения. Она сунула руку под подол и выудила оттуда украшенную рюшами розовую подвязку. Бросив ее на стол, она осушила третий бокал.
Кэмерон перевел взгляд с подвязки на Жозетту, а потом назад. Она умела распознавать чувственный голод в глазах мужчин. Да и ром сделал свое дело. А если прибавить к этому выпитое за ужином вино… Словом, она чувствовала себя не просто слегка захмелевшей. Как долго они осмелятся продолжать этот ужасно греховный обмен вопросами? Жозетта всего лишь сняла туфли и подвязку, да и Кэмерон не успел обнажиться, и все же еще никогда она не чувствовала такой интимной близости с мужчиной, как сейчас. Жозетте показалось, что гостиная уменьшилась в размерах, а блеск в глазах Кэмерона стал пронзительнее. Они ступили на весьма опасный путь.
Не произнося ни слова, Кэмерон подошел к Жозетте и склонился так низко, что она могла ощутить срывающееся с его губ дыхание. Она хотела сказать что-то остроумное, но близость Кэмерона лишила ее дара речи. Наполнив пустые бокалы и поставив их перед Жозеттой, Кэмерон вернулся на свое место.
– Желаете продолжить игру или назовете имя?
О нет, только не после того, как она сняла подвязку и бросила ее в его сторону.
– Вы только что задали вопрос вне очереди, Кэмерон. Так что, прошу вас, выпейте ром и снимите с себя предмет одежды.
Кэмерон одарил ее невероятно грешной улыбкой, осушил свой бокал и скинул с ноги ботинок.
При виде этого Жозетта едва не рассмеялась вслух. Настала ее очередь спрашивать.
– С тех пор как умерла ваша жена, были ли вы влюблены в кого-нибудь?
– Нет. А как насчет вас, Жозетта? Вы когда-нибудь желали какого-нибудь мужчину, кроме своего мужа?
«О господи, конечно. Тебя!» Она желала его и сейчас, но скорее бы умерла, нежели призналась в этом. Сунув руку под юбку, Жозетта сняла с ноги другую подвязку и бросила ее на стол.
Кэмерон вновь откинулся на спинку дивана, оперся рукой о подлокотник и принялся потирать нижнюю губу.
– Вам когда-нибудь бывало одиноко?
– Это уже второй вопрос подряд, сэр. – Права ли она? Жозетта уже сбилась со счета.
Кэмерон опустошил бокал и скинул второй ботинок.
– Как насчет вас, сэр? Вам когда-нибудь бывало одиноко?
Кэмерон с минуту изучающе смотрел на Жозетту, а потом поднялся со своего места, снял через голову рубашку и бросил ее на диван позади себя. После этого он медленно выпил ром, продолжая наблюдать за Жозеттой поверх ободка бокала.
Ее сердце остановилось, и она лишилась способности дышать.
