Я не раз слышал, что Эми мне не подходит. Рэйчел, естественно, она никогда не нравилась. Джордж терпеть не может Эми за то, что она появляется в книжном, когда ей одиноко, и исчезает, когда у нее кто-то есть. На самом деле все не так. Эми не может без меня, как и я не могу без нее. Я всегда принимал ее, когда она возвращалась. И буду принимать. Могу обещать себе обратное, но, когда она стоит на пороге, я обо всем забываю. Эми предназначена мне судьбой. Мне, а не какому-то болвану.
Пока пробираюсь к ним сквозь толпу, думаю, что бы такого сказать Эми. Слова, способные вернуть ее, существуют, надо только расставить их в нужном порядке. И вот я, покачиваясь, стою перед ними некоторое время. Тычу пальцем на их сплетенные руки.
– Это очень… настораживает. Он – это Грег Смит.
– Генри. – Она встает, не отпуская Грега, так что поднимает и его. Стоят передо мной одним целым, а ведь неделю назад одним целым были Эми и я.
– Ничего не понимаю. Он же идиот. Ты только посмотри на него.
Говорю и сам смотрю на него. Долго и внимательно изучаю Грега Смита. Он красив. Хорошо одет. Ему не пришлось бы занимать у своей девушки недостающую сотню долларов, чтобы купить билет в кругосветку. Спорим, сегодня он угощает ее. Грег будет учиться в университете на юридическом. Его жизненные планы не менее блестящи, чем его зубы.
Пока стою, в голове крутятся разные мысли. Эми, наверное, терпеть не может валяться в обнимку на полу книжного. И тут вспоминаю, как я в костюме с чужого плеча перед выпускным заезжаю за Эми на микроавтобусе нашего магазина. Она тогда сказала, что это не важно, но, наверное, все-таки важно. Возможно, поэтому она то уходит, то возвращается – все еще любит меня, но я разгильдяй. Мне нужно стать серьезнее. Сделать хорошую прическу и спланировать свою жизнь.
– Мы продаем книжный, – говорю я ей. – Когда вернемся с тобой из поездки, я найду отдельное жилье и съеду.
– Вы никуда не едете, – возражает Грег.
– Ну почему же. Я еду. И хочу, чтобы ты, Эми, поехала со мной.
Возможно, это игра света. Но нет, вряд ли. На секунду в глазах Эми мелькает сомнение. И тут меня осеняет: она вернется, если я изменюсь. Грег толкает меня – легонько, но этого достаточно, и я падаю назад, а толпа расступается. Лежа на полу, смотрю вверх, на Эми, а она грустно смотрит вниз на меня.
Я зажмуриваюсь, пытаясь встать, и чувствую, как меня поднимают чьи-то руки. Мне кажется, это она помогает мне, но, когда открываю глаза, вижу Рэйчел.
– Хочешь, чтобы она вернулась? – спрашивает она. – Тогда не будь посмешищем.
Я уверена, что больше не люблю Генри, и испытываю большое облегчение по этому поводу. Он пахнет так же, как и прежде, – мятой, кедром и немножко старыми книгами. Говорит тоже по-прежнему – мягко и с юмором. Но я больше не хочу целовать его, касаться волос. Исцелилась.
Это у него-то неудачная неделя? Пока иду от бара к сцене, размышляю. По-настоящему неудачная неделя, Генри, заканчивается смертью. Не знаю, что случилось у тебя, но, если никто не умер, неделя была не такой уж плохой.
На сцене Лола и Хироко. Чтобы отвлечься от Генри, сосредоточенно слушаю их музыку. Они играют кавер-версию Cat Power «Good Woman». Лола однажды исполняла ее для меня в бабушкином гараже. Сейчас она играет еще лучше, чем раньше. Делаю фото и посылаю Роуз. Маме тоже, стараясь при этом не думать, как она там одна на берегу. Отключаю мобильник и погружаюсь в музыку. Ору вместе со всеми, когда Лола исполняет соло. Вокруг так громко, что думать просто невозможно.
Первая часть концерта заканчивается, Лола и Хироко спускаются со сцены. Лола хватает мою бутылку с водой и жадно пьет, потом возвращает ее мне.
– Спасибо, – благодарю я.
– Не за что, – отвечает Лола и показывает на бар. – Генри пьет.
– Сказал, неделя неудачная.
– Эми его бросила, а они должны были ехать за границу. Причем сама она где-то здесь, с Грегом Смитом.
– Эми его бросила? – переспрашиваю я.
– Ну это периодически бывает, – говорит Хироко, и Лола кивает.
– Нам еще играть, – предупреждает Лола, – а ты последи за ним. Если, конечно, все еще хочешь, чтобы я тебя простила.
Я снова иду к бару, но, когда подхожу, Генри там не обнаруживаю. Наконец замечаю, что он плетется к Эми и Грегу.
– Кажется, Шекспиру может понадобиться помощь. – Из-за барной стойки кто-то протягивает мне руку. – Меня зовут Катя.
– Рэйчел.
– Я знаю. Шекспир рассказывал, как сильно скучает по тебе, – говорит она, передразнивая пальцами бесконечно болтающего Генри.
Мне приятно, что он скучал. Приятно, что рассказывал об этом Кате.
– Она ему не подходит, – продолжает Катя, а Генри тем временем что-то мямлит, стоя перед Эми. – Он хороший парень. Когда-то занимался со мной английским бесплатно.
Да, Генри хороший. Правда, безнадежно влюблен в девушку, которая мне не очень нравится. Струсил три года назад. Но помимо того, что он растерялся, когда я объяснилась ему в любви, вообще-то ни разу меня не подвел.
Грег толкает его. Эми таращится на беспомощного Генри, но помогать не собирается. «Вставай, – думаю я. – Встань и уходи. Он лежит. Много выпил».
