Моя бывшая лучшая подруга прошла через грязный развод. Ее брак длился менее двух лет, и по правде говоря, я даже не думала, что это могло длиться так долго. Гэвин заявил, что либо он едет назад домой в Лондон с ней либо без нее. Эдди сказал мне, что Сара отказалась ехать жить с ним в Лондон, и она решила, что если Лондон был для него важнее, чем она, тогда они на самом деле не должны были жениться, чтобы начинать быть вместе. Я вынуждена была согласиться. Я никогда не была большим поклонником Гэвина с самого начала встречи с ним. Он всегда казался слишком влюблённым в себя, чем по-настоящему любил кого-либо ещё.
Я отпустила Эдди и сделала шаг на пути к Льюису. Трое мужчин стояли впереди, блокируя мой путь. Когда они увидели, что я стала на дюйм ближе к ним, все они подошли ко мне. Я узнала Филиппа мгновенно, а затем и Макса. Я никогда не видела и не встречалась с Эндрю лично, но он стоял рядом с Филиппом и Максом, и я догадалась, что это был он. Филипп подошел ко мне первым ... Боже, я ненавижу его.
- Привет Эмили, я не знаю, помнишь ли ты меня, но я друг Льюиса.
- Да Филипп, я помню тебя очень хорошо, к сожалению. - Он выглядел прямо-таки неловко и был опечален моим комментарием. Но он заслужил это, и он знал это.
- То, что я сказал тебе тогда, в моем клубе - было отвратительно. Я не хочу потерять своего лучшего друга и его женщину. Когда я видел, как ты и он, вошли в ту ночь, я был в ярости. Я знал, что я потерял его сразу, как увидел тебя. Я был придурком ... прости меня. Я люблю Льюиса как брата. Я не хочу снова потерять его. Я просто хочу, чтобы он вышел отсюда, и я возможно бы смог получить второй шанс, чтобы быть его другом. Я уже не тот парень, которым я был раньше. Я вырос. Эмили, я знаю, как сильно он любит тебя. Я должен был быть хорошим другом для него тогда. Я должен был быть рад за него. Я был ревнив и ужасно себя вёл. - Со слезами на глазах, он протянул трясущуюся руку мне.
Он на самом деле выглядел искренним. Я приняла его и пожала дрожащую руку. Я просто хотела его убрать с пути, таким образом, я могла бы наконец-то увидеть Льюиса. Он потянул меня в объятья, которые заставили меня плакать еще больше.
- Не плачь, Эмили, он будет в порядке. Он самый сильный человек, которого я знал. -
Я отошла от его друзей, чтобы, наконец, пойти и увидеть моего мужа.
Сейчас я понимаю, что эти последние несколько шагов были самыми страшными моментами в моей жизни. Льюис Бруэл, самый здоровый человек, которого я когда-либо знала, лежал беспомощный за теми закрытыми дверями. Он боролся за свою жизнь без меня, находящейся рядом с ним. Он чуть не умер думая, что я оставила его, потому что я думала, что он мне изменял. Сможет ли он когда-нибудь простить меня за недоверие ему? Как я могу думать о том, что он мог бы сделать это для меня? Он никогда не уйдёт, хотя бы из-за наших детей. Льюис точно знал, как трудно было не иметь обоих родителей под одной крышей. Я сделала глубокий вдох и приготовила себя для человека, что ожидал меня с другой стороны.
Мое сердце колотилось даже в горле. Моя правая рука дрожала, когда я держалась за ручку двери. Мне почти не хватило сил, чтобы толкнуть дверь, чтобы та открылась. Я собрала всю свою силу и нервы и заставила открыться эту дверь. Комната была огромной, и всё, что я могла видеть, это множество белых халатов вокруг одинокой кровати в середине комнаты. Медсестра увидела, что я зашла и подошла ко мне с досадой.
- Вы не можете находиться здесь, мисс. Вы можете подождать снаружи с остальными. Кто-нибудь из врачей выйдет и даст вам знать о его прогрессе.
Я пыталась посмотреть на Льюиса, но там было слишком много людей вокруг него.
- Мисс, я не ясно изъясняюсь? Если вы не подчинитесь, то я буду вынуждена попросить охрану сопроводить вас из здания, а не только из этой палаты.
Один из врачей отвел взгляд от Льюиса и снова взглянул на нас.
- Нэнси, всё хорошо. Это младшая дочь Адель. Ты не могла разглядеть это своими глазами? - молодой врач сказал с гневом на медсестру. - Она супруга мистера Бруэла.
Медсестра вопросительно посмотрела на меня и пошла туда, где скапливались другие врачи. Врач, который узнал меня, отодвинулся, чтобы дать мне лучший обзор на своего пациента. Я видела, как он лежал на больничной койке, чуть приподнят. Мое сердце сжалось плотно в моей груди. Мои легкие отказывались принимать любой воздух. Он выглядел маленьким и слабым. Все шесть футов, три дюйма и двести фунтов мышечной массы, лежали неподвижно. Глаза были закрыты. У него торчало несколько трубок, выходящий изо рта. Экраны были везде. Я даже не была уверена, что он дышит самостоятельно.
