В горле комом стоят слова и слезы, и я не могу их ни проглотить, ни вылить наружу.
Меня как обухом по голове бьет тот факт, что этот козел все еще сидит на нашем диване, и когда дверь за Яриком и полицейскими закрывается, я кидаюсь на него, не сумев сдержать эмоций.
— Да как ты мог! — кричу со слезами и бью, куда могу попасть. Я не нанесу ему повреждений, конечно, но мне безумно хочется выплеснуть свои эмоции именно на нем. Особенно приятно то, что ни мама, ни Игорь, меня не останавливают. — Сволочь! Ненавижу тебя! Как ты мог написать заявление на него, урод?!
— Он меня избил! — кричит тот, прикрываясь диванной подушкой.
Отхожу от него. Нет сил. У меня просто больше нет никаких сил!
— Он просил тебя не трогать меня! А ты лез, хватал за руки! Да на его месте я бы тебя всех конечностей лишила, понял?!
— Конечно я тебя трогал! — отвечает бывший, все еще сидя на диване. — Я психанул, когда увидел тебя с другим! Да, мы поссорились, у всех пар бывают разлады, но это не повод крутить с другими!
— Да ты себя слышишь вообще? Прошло больше полугода! Какие еще ссоры? Какие разлады? Я ушла от тебя, когда ты изменил мне, очнись! А теперь ты смеешь заявляться в мой дом, называть меня своей девушкой, и обвинять моего парня в чем-то?
— Маша, — говорит он, наконец-то поднимаясь на ноги, и выставляя руки вперед. — Я приехал извиниться.
— А я не прощаю.
— Тогда я не заберу заявление, — говорит он самодовольно, просто прибивая меня к полу этой эмоцией. Я даже не думала, что он может стать хуже, чем был. А я ведь искренне пыталась уважать свой выбор и даже несмотря на то, что он мне изменил, хранила в памяти что-то светлое об отношениях с ним… Мда. Это сгорело только что в мгновение ока.
— Что тебе нужно? — шиплю на него. Краем глаза замечаю, что мама вместе с Игорем стоят у окна и просто смотрят за всем, что тут происходит.
— Поехали со мной, — говорит Артем, — и я заберу заявление. Мы улетим, будем жить вместе, любить друг друга, а твой ненаглядный будет на свободе. Ты же любишь его и сделаешь ради него что угодно, правда?
Абсолютно точно это чья-то глупая шутка, иначе я просто не могу объяснить, почему раз за разом с нами происходит какая-то чушь.
Я стою в гостиной нашего дома, смотрю на своего бывшего, который на полном серьезе просит меня улететь с ним, чтобы он забрал заявление и не посадили моего нынешнего за то, что он меня же от этого бывшего защитил… Это какой-то чертов бред, ну правда, не бывает такого! У нас только-только всё наладилось, мы смогли выдохнуть и быть вместе спокойно всего… ночь. Одну ночь, господи, ну как это?!
Поворачиваю голову, вижу маму и Игоря. Они стоят примерно в таком же ужасе, как и я, не веря своим ушам и тому, что говорит этот придурок. Как вообще наглости-то хватило? Как? После всего дерьма, которое я из-за него пережила, он и правда просто приехал и пытается еще что-то требовать.
Я не оставлю этого просто так. Мой Ярослав не будет сидеть в тюрьме из-за этого урода, никогда! Я придумаю что-то. Попрошу помощи у Игоря и мы придумаем вместе, но я совершенно точно не оставлю Ярослава и уж тем более никуда не поеду с этим придурком. В страшном сне даже не могу себе представить этого.
— А знаешь что? — говорю я вдруг обманчиво милым голосом и смотрю на Артема. Как я могла вообще ему когда-то в любви признаваться? Он же даже не в моем вкусе. На его носу пластырь от удара Ярика, а под глазами фиолетовые синяки, и клянусь, это приносит мне удовольствия столько, что я даже почти искренне улыбаюсь этому, хотя сил на улыбку почти нет. — Наверное, я уеду с тобой.
— Правда? — округляет он глаза. Не ожидал. Даже теряется. Врал, значит, что приехал извиниться и просто считал все это ссорой. А зачем же ты приехал, сволочь такая?
— Конечно. Предложение еще в силе ведь?
Я слышу, как в ужасе ахает мама, видимо, подумав, что я совсем из ума выжила, а потом негромкое “Ну, Лена” от Игоря, который точно понял, что я что-то задумала.
А я задумала. Просто хочу, чтобы ему было так же больно, как и мне сейчас. Потому что от мысли, что мой любимый человек снова едет туда, где с людьми обращаются как со скотом, где у него не будет права голоса и даже банального одеяла, чтобы укрыться холодной ночью, у меня разрывается сердце.
— Д-да… — говорит он, кивает, и наконец-то делает пару шагов ко мне. — Ты правда улетишь со мной? Бросишь его?
— Ну а как? Ты же сам поставил это условие. Другого выхода нет, я его люблю, поэтому ради него полечу с тобой. Вещи собирать?
— Э-э-э… — он жмется, и я теперь абсолютно точно понимаю, что что-то тут не чисто. Артем придурок, но не дурак. Вполне возможно, он хотел денег. Другой вопрос: что сподвигло его притащиться сюда и начать это всё? Вряд ли он просто так сидел дома и спустя полгода решил наведаться в гости просто потому что стало туго с деньгами. Тут что-то другое. Точно.
