— Ну и как он вообще? — любопытствовала Таня по скайпу. — Красивый?
— Тань, успокойся! Мне никто не нужен! У меня скоро живот на нос полезет, а ты меня сватаешь! — рассердилась на бестактность подружки Даша.
— Ну не полез же ещё! К тому времени, как он полезет, ты будешь уже счастлива с Лёней. — девушка хихикнула, зная, как это злит Суворину.
— Когда уже у тебя будет счастье с Романом? — вздохнув, перевела тему подруга.
— Я вполне счастлива… Мы же встречаемся. — уклончиво ответила Ерёмина.
— Тань, ты хоть слышишь что ты говоришь? Стас ничего не знает, ты от него бегаешь тайком на свидания к любимому человеку и она счастлива! Офигеть! — всплеснула руками Дарья.
— Нет, ну, а что ты предлагаешь? Рассказать Стасу правду? Я не могу сейчас, нет. Не хочу делать ему больно… — пробормотала девушка.
— Не ему ты не хочешь делать больно, а себе! Стас для тебя подушка безопасности! Вдруг Роман обманет снова, так ты к Стасу опять прибежишь, и как будто ничего и не было! Удобно, знаешь ли!
— Даш, прекрати! Это моя жизнь! Да, в Роме я не уверена до конца, я боюсь теперь предательства с его стороны. Но и Стас… Он стал мне близким за эти годы, понимаешь? Не просто ему всё вот так взять и вывалить? Он меня тащил изо всех сил тогда, когда я в депрессии валялась и видеть никого не могла. Тащил, пытался помочь, оживлял… Я ему очень благодарна за всё. — пока Таня говорила о Станиславе, Дарья вспомнила мужа.
Как он вытаскивал её из той болезненной агонии по Алексею, каким тылом был для неё, как принял с грузом прошлого, с болью, страхом, разочарованием, как терпел и жил с этой её оглядкой на то, что давно прошло, как помогал ей всё забыть, изо дня в день лечил раны своей любовью, нежностью, заботой и вниманием.
Такие разные, и такие похожие ситуации.
— Даш! Дашааа! — раздался из ноутбука настойчивый танин призыв. — Это интернет завис или ты зависла, что-то не пойму…?
— Это я, Танюш. — опомнилась Суворина. — Да, ты права. Твоя жизнь, тебе решать. Главное, чтобы ты была счастливой. А с кем… Уже не так важно. Кстати, я тебе не говорила, ко мне Лёшка прилетает на днях. На Рождество.
— Лёша? Даш, ты… Вы опять что-ли? — чуть не поперхнулась чаем Ерёмина.
— Да ну нет, ты что. Просто прилетает в гости. Да и я рада, если честно. Хоть одна родная душа.
— Не слишком ли родная, Даш?
— Нет. Всё это давно в прошлом, но мы навсегда близкие друг другу люди. Когда он рядом, мне легче. Если бы не Лёша, тогда, на трассе, когда я рвалась в Москву в день смерти сына, я бы погибла. Разбилась. Это точно. Он меня фактически спас.
— Ты смотри, не очень то в воспоминания погружайся. Не хочется очередной раз тебя доставать из депрессии, слёз, нервных срывов. Да и сложно это сейчас, ты же беременна.
— Я помню! — иронично заметила Даша.
Благодаря приезду Щербатова-младшего, девушке и правда стало легче. Он взял на себя ведение хозяйства в её ещё полупустой и не обжитой квартире, Дарье было радостно, что кто-то её ждёт после работы, да и появился шанс, показать Леониду якобы мужа. Дрёмов поверил.
К концу января Алексей улетел, но обещал вернуться.
У Татьяны же всё развивалось стремительно. Любовь вскружила голову, но она по прежнему избегала близости с Лаврентьевым, которому уже было непонятно, отчего любимая отказывается остаться на ночь под любыми предлогами.
Таня боялась и давала себе отсрочку каждый раз на неделю. Как только неделя истекала, она снова решала подождать. Зато, девушка могла в полной мере насладиться романтикой, которой были окутаны нынче их отношения. Парочка гуляла по зимнему городу, целовалась от души, сидя на лавочках с горячим кофе, они ходили в кино на последний ряд, в рестораны, где их принимали за молодожёнов, музеи и театры… Всего этого так не хватало Татьяне долгие годы. Чувства полета, романтических отношений с по настоящему любимым человеком, когда любовь витает везде, даже в воздухе.
Стас снова пропадал в командировках. Занимаясь бизнесом, он, казалось, совсем не замечал перемен в любимой девушке.
Однажды, Таня приехала с утра к Лаврентьеву, который должен был экстренно остаться на вторые сутки дежурить в больнице. Ерёмина заботливо собрала любимому ланч-боксы с едой, старательно приготовленной ею самой.
Было около 6 утра, вся больница только просыпалась. Татьяна подошла к ординаторской и собиралась было войти, потянувшись к ручке двери, но дверь сама распахнулась навстречу. Из ординаторской вышла Марина — старшая медсестра.
Тане никогда не нравилась эта барышня. Пару недель назад, когда она приходила уже к Роме на работу, Мариночка забежала в его кабинет без стука, в разгар их с Таней поцелуя, и спросила с самым наглым видом:
— Роман Игоревич, вам сделать кофе? — и хлопнула пару раз своими длиннющими накладными ресницами.
— Да, гм… Если можно. — пробормотал Роман, отстранив от себя Ерёмину и желая быстрее отделаться от назойливой медсестры.
— Вам погорячее? — бесстыдно улыбнулась та, губами накрашенными ярко-алой помадой.
— Да. Спасибо. — вновь отрывисто ответил доктор.
Когда Марина вышла, Таня спросила:
