Костя обняв мать, первым делом прошёл на кухню, оставляя брата с ней наедине. Сев за широкий стол, уставился в окно как будто видел пейзаж открывающийся перед ним в первый раз. Тоха болтал, не перествая и успевая улепётывать всё что стояло перед ним на пверхности стола. В общем делал всё, что должен делать порядочный сын, вернувшийся с "командировки", умело скрывая за безубой улыбкой, то хер*вое чувство, которое поселилось в них ещё несколько лет назад.
- Костя?
Мужчина взглянув на женщину, улыбнулся, сжимая в руках чашку с чаем.
- У тебя что-то случилось? Ты почему не кушаешь? - родные глаза, не отпускали его взгляд ни на секунду, не давая даже возможности придумать достойное оправдание его поступкам.
Не говорить же ей, что он не ест потому, что его дома Вера ждёт уже как полчаса назад, с точно таким же обедом на столе и если он сейчас же не встанет из-за стола, то теперь уже не только матери будет сложно объяснить, но и самой Вере.
- Мамуль, прости, но мне идти уже надо, - поднялся со стула и подойдя к родительнице, наклонился и обняв за хрупкие плечи, легко чмокнул в щёчку. - Дел по горло.
- Ну, беги, конечно. Только береги себя, хорошо, Кость?
- Конечно, - поцеловав женщину ещё раз и сделав вид, что не заметил скрытый подтекст её слов направился к двери, бросив красноречивый взгляд на брата.
- Сильно не наседай на неё, но и замкнуться в себе не давай, ладно? Жду тебя в семь. Саня заедет, - Константин внимательно разглядывал лицо Антона, желая убедиться что все слова дошли в нужном направлении.
- Понял, Костян, понял, - фыркнул мужчина. - Не пять лет. Иди уже и без тебя как-нибудь справимся.
- Ой, ли? - хмыкнул Орлов-старший и пожав руку брата, вышел в прохладный подъезд, находясь мыслями уже в другом месте.
И домой ехал точно так же с бардаком в голове, что даже открытое окно в машине не помогало. Стрелки часов уже перешли все допустимые для него границы. Понимал, что проштрафился уже минут сорок как назад, но толку от этого понимания? Поэтому и вдавливал педаль в пол, состовляя в уме план действий на случай неожиданного Вериного поведения. Она в полне могла уже вообразить такое, что сама с трудом найдёт объяснения.
Цветочный магазин на глаза попался случайно. Он находился как раз на перекрётске, рядом с его улицей. Остановился, прошаривая в уме и стремясь найти хоть какое-нибудь упоминание о каких-либо растениях со стороны Веры. Всё тщетно. Её казалось вообще не волнует то, что должно беспокоить обычную нормальную женщину. Но разве его Вера обычная? Константин ухмыльнулся. Если бы! Ему обычных хватило по жизни. Одна Наташка чего стоит! Иногда сам себе удивлялся, как угораздило её в постель затащить? Хотя она сама туда чуть ли не прыгала, как и ещё десяток девушек до неё.
Орлов себя бабником не считал. Не было на них ни сил, ни желания, если только когда припрёт, то Наташка, Галька, Светка всегда приходили на помощь. Даже открыто говорить не нужно было,малейшего намёка хватало. А потом требовали роз, машин и счёт в банке.
Взгляд зацепился за букет, который стоял не как все на столах, а на полке у дальней стены. Он, наверное, не заметил бы его, если бы не солнечный свет льющийся из окна. Букет, состоящий из белых и фиолетовых тюльпанов. Странный контраст, но тем не менее завораживающий своей странностью.
- Вот этот, - указав в сторону цветов и дождавшись пока продавщица его принесёт, Костя снова взглянул на часы.
Проштрафился окончательно.Поэтому и доехал до дома за минут пять, и до квартиры добрался так же быстро, только встретила она его тишиной. Глухой, давящей на слух. Складывалось впечатление, что в доме вообще никто не находился, это было бы последнее, что сейчас ему хотелось.
Пахло преправами и кофе. И чем ближе он подходил к столовой, тем чётче и ярче становился запах.
Прогнал непонятное чувство, которое возникало каждый раз при виде Веры за плитой, либо ещё за какими-нибудь домашними делами, которое до неё выполняла домработница. Только горничной мужчина её не считал, даже не думал об этом, если самой Вере это нравилось, то ограничивать её не собирался.
Она сидела к нему спиной, положив голову на высокую спинку стула и смотря в окно. Подошёл ближе, стараясь не издавать лишних звуков. Оказавшись возле женщины, присел на карточки напротив, едва не забыв про цветы, которые все ещё держал в руке.
- Привет, - попытался улыбнуться, хотя внутри уже всё в жгут скрутилось от её взгляда. Зрачки медленно становились шире и солнце сделало радужку глаза ещё ярче. Её глаза светились, поражая его в который раз своей красотой.
- Прости, - голос звучал низко и хрипло, словно пил несколько дней, не просыхая. Протянул букет, стараясь собрать разбежавшиеся мысли в кучу. - Опоздал.
