Иногда Вера ощущала себя такой слабой, такой безвольной, что самой от себя отказаться хотелось. Только сейчас нужно засунуть все переживания в известное место и сыграть свою роль, которая уже стала частью её самой. Как бы женщина не мечтала об обратном...
Глава восемнадцатая
- Вера.
Женщина вздрогнула от неожиданности, машинально сдавливая пальцы на телефонной трубке ещё сильнее и вскидывая голову, уцепившись взглядом за вошедшую фигуру мужчины.
- Что-то произошло? - Орлов прищурился, остановившись возле стены.
- Нет... - она повела плечами, стараясь прогнать из себя хотя бы на некоторое время, пока он стоит напротив, лишние в этой ситуации ощущения. - Сашка звонила, - подняла руку, в которой до сих пор был зажат телефон. - Мы поговорили.
Женщина отвернулась, прерывая зрительный контакт и рассматривая краску на противоположной стене. Нужно прекращать этот разговор пока не поздно.
- Вера?
Она вздохнула и уже было открыла рот, что бы сказать привычное "всё в порядке" и только в эту секунду заметила, что в квартире они находились вдвоём.
- А где Саша с Антоном? - спросила, а сама в глаза смотреть боялась.
- Ушли.
Вот это сейчас как раз было не вовремя. Очень не вовремя. Её всё ещё потрясывало от разговора с Алёнкой, а теперь ещё и Костя.
- Я схожу, посуду со стола уберу.
Шагнула вперёд, продолжая всё так же не смотреть на него. В его серые глаза, которые казались особенными, не такими как у всех. Он сам был другим, что если по началу их "отношений" радовало, то теперь пугало.
Повела плечами прогоняя странное чувство, от которого кружилась голова уже второй раз за день. В первый раз при виде букета, а второй... Остановилась, пришибленная своей же мыслью.
Медленно подняла взгляд на мужчину, который всё так же стоял напротив, нависая над ней и следя за каждым движением. Он не понимал, что с ней происходит, как и сама Вера, кроме единственного момента - она не сказала даже ни слова в благодарность за... подарок, если можно было так выразиться. Да и как это сказать? Простое "спасибо" после всего того, что он для неё сделал?
- Я... Костя, - она запнулась, стараясь смотреть уверенно и не выглядеть загнанным животным, которым сейчас себя ощущала.
От чего бежала, к тому и вернулась. Глупо было надеяться на чудо за просто так. Алёнка же верно сказала. Она не в сказке и никогда там не окажется. Любовь, уважение и подарки - это всё требует определённой платы. А ей платить нечем, да и не умеет она ничего кроме как оголяться под музыку.
- Я не знаю как тебя отблагодарить...
Прикрыла глаза на несколько секунд, отсчитывая про себя уходящее время, собираясь с силами. С ним всё в несколько раз сложнее.
Она ведь делала это уже сотни раз. Стискивала зубы и раздевалась с музыкой или без. Только перед ним почему-то пальцы каменели, и пульс в ушах громыхал, и коленки дрожали, и ещё куча всяких ощущений, от которых согнуться хотелось. Спрятаться.
Открыла глаза, засунула телефон в задний карман и сдёрнула свитер с тела. Отбросила назад, ощущая пробежавшие по голой коже мурашки.
Было одновременно смешно и очень-очень больно. Слишком давно она не ощущала себя шл*хой из кабака. Ещё один плавный шаг в сторону Кости, продолжавшего стоять неподвижно, уперев руки в бока.
Ни одной эмоции на лице, только серые глаза казались ярче из-за солнечного света, падающего из окна.
В голове обрывочно звучали отголоски его слов в первый день знакомства.
"Договор на месяц, после которого не остаётся никаких обязательств."
Нужно было эти слова вспомнить гораздо раньше, а не сейчас. Ни теперь, когда ей катастрофически хотелось всё изменить. Что бы через несколько лет не узнать свою жизнь, не поверить своим же воспоминаниям и сказать, что ей всё равно. Абсолютно всё равно на то, кем она была и что с ней делали.
И ещё один шаг, благодаря которому она стоит уже почти рядом. На расстоянии одного шага. На нужной дистанция для привата.
Дёрнула резинку с волос и засыла на месте, когда его голос разнёсся по комнате, грубо разрывая тишину.
- Ещё одно движение и пеняй на себя.
Вера вздохнула, слушая как грохочет в груди, посылая по венам то самое ощущение, которое всегда охватывало её перед выходом на сцену. Сложно ли было выйти на сцену будучи в таком состоянии? Терпеть чужие взгляды, щуриться от яркого света и повторять, что во всём виновата только сама. Спроси её полгода назад об этом, то она не задумываясь ответила бы "да", а теперь... Он стоял один перед ней, ни двадцать мужиков с разной степенью тяжести кошельков, а всего лишь он один. И она не понимала почему так происходит. Почему она чувствует это?
Сглотнула ком, мешавший дышать. Он всегда возникал в ненужный момент, когда дыхание было первой необходимостью.
Выгнулась назад привычным движением, отбросив и разворошив волосы. Нужная мелодия уже проигрывалась далеко в сознании и тело действующее машинально, по шаблону эротического танца.
