Девятнадцатилетняя Эвери Джонс умеет играть на гитаре не хуже любого парня. Даже лучше.«Брутальная сила», одна из крупнейших музыкальных групп в округе, как раз нуждается в новом ведущем гитаристе.Выгладит идеально, за исключением одной большой проблемы. Темпераментный солист Маркус Энтони, не позволит девушке петь в своей группе.Читайте «Любовную Эволюцию», рок-адаптацию знаменитой «Двенадцатой ночи» Уильяма Шекспира.
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
Эвери засунула потрепанный блокнот обратно в передний карман своих узких, когда-то цветных джинсов. Она раскрыла ладонь, и пригоршня земли просочилась сквозь пальцы, падая на гроб, словно грязный дождь. Эвери стояла неподвижно и молча смотрела на могилу, а образы Джастина мелькали перед глазами, как хроники с кинопленки.
В ветреный осенний день Эвери была поглощена лишь этими видениями. Ее поразительно длинные, отливающие медью волосы обвивались вокруг плеч, словно паутина, окутывая Эвери как призрачное явление. Голова была наклонена, подбородок почти касался груди. По бледному веснушчатому лицу струились слезы, стекая по полным губам к подбородку и тихо падая прямо на серую футболку. Она не представляла, что будет делать без него. Крепко сжав от отчаяния глаза, Эвери развернулась и ушла, оставив позади могилу своего брата-близнеца.
Потеря Джастина опустошила Эвери. С этой смертью ушел не просто человек, которого она любила больше всего на свете, — с ним ушли все ее планы на будущее. Все вращалось вокруг их музыки. У нее не было больше никаких значимых талантов. Даже диплома об окончании старшей школы не было. Они оба ушли из дома прежде, чем закончили ее. Без Джастина не было их группы и никакого возможного будущего.
Со времени похорон Эвери бессчетное количество раз прокручивала в голове один и тот же непривлекательный путь. Она не могла добыть деньги из воздуха, как бы того ни хотела. Все, за исключением крошечной части ее сбережений, ушло на похоронные расходы для брата. Эвери не жалела, хотя и вынуждена была оплатить проведение скромной частной службы.
Эвери никогда не забудет тот день, когда один из парней Кампанеллы пришел к ней. Она была в клубе «Индиго», разогревалась на сцене. Джастин опаздывал. Это было на него не похоже. У Джастина было много недостатков, но он никогда не опаздывал на репетиции, и это беспокоило ее.
— Эвери Джонс?
Она посмотрела вверх, испытывая неприятное ощущение в животе.
— Да, а в чем дело?
Нервничая, Эвери теребила манжеты своей рубашки. Она не знала этого парня. Его черная кепка, затеняющая лицо, и такое же черное пальто, наверняка что-то скрывающее, заставили ее тело покрыться мурашками.
Мужчина окинул взглядом комнату. Удовлетворенный тем, что они были одни, он равнодушно произнес:
— Мистер Кампанелла отправил меня сообщить тебе, что твой брат мертв.
Эвери почувствовала себя так, словно кто-то с размаха ударил ее кулаком в живот. Голова закружилась. Девушка почувствовала, что просто не может дышать.
— Что? — только и смогла спросить она. — Нет. Он не может быть мертв. Я видела его утром. Я не верю вам.
Мужчина пожал плечами.
— А чем, он думал, все закончится, когда начал забавляться с телкой босса?
— Покажи мне! Отведи меня к нему!
Тот покачал головой.
— Я что, похож на дурака? Он там, где никто не собирается его искать. Ни ты, ни кто-либо другой. Лучшее, что ты можешь сделать, это забыть о нем. Кстати, Мистер Кампанелла ждет, что ты очень постараешься, чтобы вернуть долг своего брата. Он ждет деньги не позднее, чем через три недели. Будем на связи.
Когда мужчина вышел из клуба, Эвери упала на колени, ее тело сотрясалось от рыданий. Она раскачивалась из стороны в стороны на полу, пребывая в практически бессознательном состоянии до тех пор, пока владелец клуба «Индиго» не нашел ее. Фрэнк сразу же позвонил ее соседу по комнате, Джеффу, который пришел и забрал ее домой.
Проходили дни, и суровая реальность смерти Джастина становилась все более очевидной. Эвери все глубже и глубже погружалась в трясину отчаяния. Ситуация была безнадежной, и не было никакого выхода. Головорез Кампанеллы был прав: они никогда не найдут тело Джастина, и вряд ли она узнает подробности убийства брата. Полиции все равно до исчезновения наркомана, а влияние Кампанеллы, которое по слухам распространялось вплоть до Нью-Йоркской полиции, не позволяло Эвери выдвинуть обвинение против него. Джефф убедил ее согласиться с «версией самоубийства».
— Эвери, — предупреждал он. — Ты не можешь ходить и говорить всем, что твоего брата пришила мафия. Это слишком опасно.