Войдя в здание студии, они разделились. Тревор отправился в пультовую, чтобы со Стивеном оттуда прослушивать их. А Эвери отправилась прямиком в студию, где ее ждала группа. Маркус увидел ее сразу, как только она шагнула в комнату. Он широко улыбнулся. Эвери улыбнулась ему в ответ, с облегчением отметив, что в этот раз его настроение заметно улучшилось с их последней встречи.
Маркус испытывал необъяснимую радость при виде Эвери. Неискушенность паренька была такой очаровательной. «К сожалению, — подумал Маркус, — это качество сделает его жертвой в нашем хищном бизнесе. Его быстро прожуют и выплюнут, если кто-то не присмотрит за ним».
Образно выражаясь, у Маркуса было длительное похмелье от Кул-Эйд. Многолетний опыт окончательно измучил его и превратил в циника. Он видел и пробовал почти все. Своим поведением на гастролях он заработал себе дурную славу. Теперь Маркус надеялся больше не повторять глупых ошибок в будущем. Он был там, делал все это, и получил счет из реабилитационного центра, чтобы доказать это. И Маркус определено не желал того же для такого хорошего парня, как Эвери.
— Эвери, это мой старший брат Дуайт. Он наш басист и ведущий.
У мужчины, который пожал ей руку, были такие же голубые глаза и фигура, как у Маркуса, правда, на этом совпадения заканчивались. Будучи высоким и худощавым, как и Маркус, Дуайт был ниже ростом, по меньшей мере, на пару дюймов, и более крупным. У него были густые светлые волосы с рыжеватым оттенком, похожим на цвет кудрей Эвери.
— Приятно познакомиться, Эвери, — поздоровался Дуайт, показывая рукой на их головы, — ты и я неплохо будем смотреться на сцене вместе. Дадим фанатам возможность увидеть на сцене кого-нибудь посимпатичнее, чем этот тролль. Его голубые глаза сияли, когда он игриво подтолкнул Маркуса.
— Похоже на то, — неуверенно улыбнулась ему Эвери. Дуайт показался более теплой и дружелюбной версией своего брата.
— Этот парень за барабанами — Джон Рэймонд, — улыбнулся Маркус, — Мы называем его Приемным сыном зла.
— Ты можешь называть меня ДжейЭр, все друзья меня так называют.
ДжейЭр выглядел как калифорнийский серфер, высокий, стройный, с обязательно длинными светлыми волосами и загорелой кожей. Он улыбнулся ей широкой белозубой улыбкой и протянул руку.
— Ну, кто тут готов к року? — спросил Дуайт, стараясь максимально близко подражать девочкам-фанаткам и, плавно двигая бедрами, приставил руки к ушам.
Маркус подхватил тонким фальцетом:
— О, Дуайт, ты такой сексуальный. Можешь побренчать на гитаре для меня? — оба брата разразились хохотом.
ДжейЭр закатил глаза:
— Ну вы и придурки. На вас Эвери смотрит.
Пожив с двумя парнями в квартире, Эвери не раз видела подобные шуточки раньше. Обычно они вращались вокруг горшка или частей тела. Она улыбалась, пока братья продолжали свою комедию с морганиями и фальшивыми поцелуями.
— Пожалуйста, кто-нибудь, пристрелите меня, — проворчал ДжейЭр.
Все еще посмеиваясь, Маркус сказал Эвери:
— Если серьезно, то мы здесь уже некоторое время и успели разогреться. А ты готовься и не торопись..
Эвери кивнула и повернулась к своей нераспакованной гитаре Ибанез и воткнула ее в усилитель Маршалл. Ее взгляд то и дело устремлялся к братьям, продолжающим свои шуточки.
Маркус заметил, что Эвери наблюдает за ними. Выражение лица парня было задумчивым, он то и дело крутил повязку на запястье. Маркус готов был поспорить, что она принадлежала его брату-близнецу. Теперь, когда Маркус знал его историю, он мог понять недавние эмоции Эвери. Растерянный и одинокий парень выглядел очень трогательно.
— Секундочку, — Маркус поднял руку, давая знак Дуайту, чтобы тот остановился. Удивленный Дуайт наблюдал, как его брат пересекает комнату. Боковым зрением, из-под длинной челки, Эвери увидела, что Маркус направляется прямо к ней, и напряглась.
— Эй, — он ткнул ее в плечо и улыбнулся.
— Эй.
— Стивен рассказал мне про твоего брата. Я не знаю, что сказать, чувак. Я просто хотел, чтобы ты знал, что я знаю… Если бы что-то случилось с Дуайтом, я даже не знаю… я имею ввиду… Мне жаль. Я бы хотел…
— Спасибо, — перебила его Эвери, спасая от попытки подбодрить ее. Беспокойство Маркуса тронуло ее, и она вознаградила его трепетной улыбкой. Эвери старалась представить, отличался ли он того парня, каким журанлисты пытались его представить. Посмотрев вниз, Эвери произвела последние настройки и кивнула ему, давая понять, что готова.
Она встретилась взглядом с Маркусом.
— Никакого давления, Эвери. Мы уже знаем, что играть ты умеешь. Мы просто хотим попробовать наиграть пару мелодий, чтобы послушать, как мы звучим все вместе.
Маркус повернулся к барабанщику:
— ДжейЭр, давай «Улицы огня».
ДжейЭр кивнул и начал отсчет:
— Раз, два, три.
Ударив палочкой о палочку, чтобы дать бит, он кивнул Маркусу и Эвери. Двое начали хриплое тяжелое исполнение, оформленное рифами Эвери, как восклицательными знаками. Во время припева она повторяла последние слова каждой строки, которую исполнял Маркус.
Дуайт одобрительно кивнул. У парня было не только хорошенькое личико. Он свое домашнее задание сделал.
