Войдя в офис Блэк Рекордс, Тревор махнул в сторону ресепшн и повел Эвери прямо по застланному ковром холлу в студию звукозаписи, где она распаковала свою гитару Ибанез и начала разогреваться. Оставив Эвери, Тревор вышел в холл, и начал изучать вставленные в рамки золотые грампластинки на стене, после чего сделал глубокий вздох, пытаясь выровнять дыхание. То, что они делали, было слегка незаконным, но, черт возьми, разве ради любви к рок-н-роллу не все средства хороши?
Шагая по коридору, Стивен увидел Тревора.
— Эй, приятель, как дела?
— Хорошо, хорошо, — ответил Тревор, поворачиваясь к высокому светлому менеджеру группы.
— А где Маркус?
— Он покупает колу. — Стивен замолчал, вглядываясь через его плечо. — Я должен сказать тебе, что он по-прежнему в паршивом настроении.
— Понимаю, — Тревор закивал головой, — благодаря тебе, мы к этому готовы. Я очень ценю твой утренний звонок.
— Без проблем.
Услышав мелодию, звучащую из студии, Стивен спросил:
— Это Эвери там внутри?
— Да, — ответил Тревор после короткой паузы, мысленно поправив себя на правильное употребление рода. — Он захотел немного разогреться.
— Замечательно. — Стивен подошел к пульту, но вернулся, чтобы оставить дверь открытой для Тревора. — Мы сможем прослушать их здесь. — Пока они со Стивеном усаживались, Тревор бросил быстрый взгляд в направлении Эвери.
— Что сказал Маркус о записи Эвери? — спроси Тревор Стивена.
— Маркус еще ее не слышал. Он был слишком завален работой вчера. Запись сразила меня, как и оригинальный материал. Кто писал тексты? Эвери?
Тревор кивнул:
— Он пишет сильные тексты, а это может быть отличным приобретением для группы. — Тревор снял очки и вытер их о подол рубашки, прежде чем надеть обратно. — Подожди минутку. Ты говоришь, что Маркус согласился прослушать Эвери, даже не услышав его запись? Должно быть, он очень доверяет тебе.
Стивен пожал плечами.
— Думаю да, по крайней мере в той степени, в которой он вообще способен доверять людям. У этого бизнеса есть свойство делать из людей циников. Мы — семья, хотя и всего лишь кузены по линии матери. Вместе выросли практически в соседних домах. Мы должны прикрывать друг друга, понимаешь?
— Да, я пони… — Тревор остановился на полуслове, так как в этот момент Маркус влетел в комнату, подобно товарному поезду.
Пораженная, Эвери посмотрела на высокого, темноволосого, явно встревоженного парня, появившегося перед ней.
— Мы покойники, — подумал Тревор, посмотрев на Маркуса, который в очередной раз взъерошил свои и без того растрепанные, волосы. Видимо, это было привычкой. Тревор задержал дыхание, уверенный, что сейчас их обман раскроется.
Маркус кивнул Эвери в знак приветствия. Она в ответ соскользнула со стула, собираясь представиться, но он остановил ее холодным взглядом и довольно грубо спросил:
— Ты готов?
— Конечно, — ответила она, и, поправив кепку, отошла подальше от него.
Тревога заставляла ее сердце биться быстрее, нервы были на пределе. Под несколькими слоями одежды и бинтом Эвери вся вспотела и чувствовала, как капельки пота скользили между ее лопаток. Хмурясь, Эвери взяла гитару, закрепила ремень и пропустила струны сквозь пальцы.
Маркус пристально посмотрел в глаза Стивену:
— Готов, дружище?
Стивен наклонился к микрофону:
— Все настроено, Маркус. — Повернувшись к Эвери, Стивен сказал ей: — Все в порядке, Эвери, покажи нам все, все на что способен, приятель. Песню тебе выбирать.
Маркус окинул Эвери взглядом.
«Черт, парень выглядит молоденьким. Очень детское лицо. Женственный вид. Большие зеленые глаза. Держу пари, его дразнили все детство. Слишком уж милый для парня. Итак, диагноз: эпик фейл».
В свои двадцать девять Маркус был сух и циничен. Он согласился вернуться в студию только потому, что они пообещали ему полный контроль над ситуацией. После многих лет, проведенных в этом бизнесе, Маркус растерял всю свою страсть к музыке и был прельщен одной лишь целью получения славы и богатства. Теперь у Маркуса было и то, и другое, но внутри поселилась пустота. В действительности же, это чувство не проходило со времен их первого альбома, когда группа стала лейблом, с тех пор, когда они, по его мнению, не выпустили больше ничего достойного. Теперь Маркус намерен сделать все по-своему. Он вернет себе свою художественную целостность, даже если это убьет его, даже если это не будет иметь успеха. Что ж, так тому и быть.
Перед тем как тихо, почти шепотом спросить, Эвери робко взглянула на Маркуса:
— Как насчет того, чтобы исполнить «Гимн»?
Приятно удивленный выбором Эвери, Маркус склонил голову набок:
— Хорошо.
В аппаратной Стивен понимающе улыбнулся и подумал: «Очко в твою пользу, Эвери».
У Стивена было предчувствие. «Гимн» был песней с первого альбома «Брутальной силы». По счастливой случайности это был единственный альбом, который Маркус считал неплохим. Стивен нетерпеливо подался вперед. Если Эвери играет вживую также хорошо, как и на записи, то возможно они нашли своего парня.
