Члены Тайного совета опустили глаза. Сесил напрасно искал среди них хотя бы одного союзника. Все самое тяжелое, как обычно, выпадало на его долю.
– Ваше величество, корабли уже ушли.
– Ушли? – с ужасом повторила она.
– Флот снялся с якорей сразу же, как туда передали ваш приказ.
Елизавета застонала, схватилась за высокую спинку стула, боясь рухнуть, и завопила:
– Сесил, как ты мог это допустить? Почему разрешил им отплыть? Это же настоящее предательство!
Члены совета затаили дыхание, услышав страшное обвинение, которое грозило Тауэром.
Однако Сесил не дрогнул и спокойно ответил:
– Я всего лишь выполнил ваш приказ, – спокойно ответил главный советник. – Совершенно правильный и своевременный.
Двор ждал новостей из Шотландии. Они приходили: отрывочные, противоречивые, сеявшие дополнительную панику и не дававшие даже отдаленной картины реальных событий. Разговоры о войне вытеснили все придворные сплетни и слухи. Многие скупали золото и переправляли его в Женеву и Германию, чтобы было на что жить в изгнании. Вторжение французов воспринималось как неизбежность. Английские монеты обесценились почти до предела.
Никто не верил в королевский флот, уступавший противнику по числу кораблей и вооружению, да и в саму Елизавету, которую от страха охватило помрачение ума. Вскоре пришло ужасающее известие. Все четырнадцать кораблей, над которыми Елизавета тряслась как над собственными детьми, попали в шторм. Дальнейшая их судьба была неизвестна.
– Это все ты! – кричала Елизавета, готовая на глазах Тайного совета вцепиться в Сесила. – Если бы ты задержал их, они спокойно переждали бы бурю в гавани. У меня оставался бы флот, готовый сражаться. Где они теперь, мои корабли? Где?
Сесил молчал, поскольку сам ничего не знал о судьбе кораблей, а любые слова утешения стали бы сейчас кощунственными.
– Мои корабли! Мой флот! – стенала Елизавета. – Это ты виноват, Сесил. Твоя глупость и поспешность их погубили. Теперь наше королевство открыто для вторжения. Нам не на чем выйти в море навстречу французам. Да и некому. Сколько несчастных матросов отправилось на дно из-за твоей гадкой спешки!
Через несколько тягостных дней пришло новое известие. Корабли выдержали шторм. Из четырнадцати судов одиннадцать добрались до Шотландии и вошли в залив Ферт-оф-Форт. Получив оружие, продовольствие и иные припасы, шотландские лорды возобновили осаду Лейтского замка.
– Но три корабля все равно утонули! – причитала Елизавета, сидя перед камином в своих покоях.
Она до крови царапала кожицу вокруг ногтей и вообще была больше похожа на обиженную девчонку, чем на королеву.
– Потерять целых три корабля без единого выстрела!
– Зато одиннадцать достигли своей цели, – упрямо возражал ей Сесил. – Подумайте об этом. Одиннадцать кораблей бросили якорь в водах Ферт-оф-Форта и поддержали осаду Лейтского замка. Вы только представьте, каково сейчас Марии де Гиз. Крепость окружена, на рейде видны паруса английских кораблей.
– Но их только одиннадцать, – с поистине детской логикой твердила Елизавета. – Трех уже нет. Боже, только бы они не стали нашими первыми потерями из многих последующих. Нужно немедленно вернуть наши корабли, пока их у нас еще одиннадцать. Сесил, я должна быть уверена, что они доплывут. Я не могу рисковать.
– Полная уверенность в победе – это фигура речи, – спокойно ответил ей Сесил. – В реальной жизни ничего подобного не существует. Успех всегда сопряжен с риском, и вам необходимо решиться на него, ваше величество.
– Призрак, не требуй этого от меня.
Сесил знал: еще немного – и на него обрушится бесконечный град обвинений, упреков, угроз и так далее, за которыми последуют слезы.
– Ваше величество, приказ отменять нельзя.
– Я очень боюсь.
– Вам сейчас нельзя позволять себе быть женщиной. Разумом и духом вы должны превратиться в мужчину. Елизавета, вы умеете быть храброй. Вы настоящая дочь своего отца. Так сыграйте сейчас короля, а не королеву. Были моменты, когда я искренне восхищался вашей смелостью.
Ему показалось, что он задел нужную струну и лесть придаст ей храбрости. Елизавета вскинула подбородок, у нее зарделись щеки. Но это длилось не более минуты.
Затем огонь в ее глазах погас, она понуро опустила плечи и призналась:
– Не могу. Никто не ждал, что я стану править железной мужской рукой. Я этого не умею. Я всего лишь женщина. Неглупая, способная надевать нужные маски. Но сражаться в открытую я никогда не умела, не пойду на это и сейчас. Войны не будет.
– Все же вам придется научиться вести себя как король, – предупредил ее Сесил. – Когда-нибудь вы скажете: «Я всего лишь слабая женщина, но могу превращаться в короля, когда обстоятельства требуют». Каждый человек, правящий в одиночку, должен быть королем независимо от пола.
Елизавета покачала головой. Сейчас она была похожа на маленького упрямого мула с рыжей гривой.
– Я не решусь.
– Поймите, нельзя возвращать корабли в Англию. А вот объявлять французам войну – сейчас самое время.
– Нет.
