Через десять дней Уильям, похожий на длинноногого торжествующего ворона, вошел в покои королевы и положил письмо на ее пустой стол. Чрезмерная тревога за положение в Шотландии не позволяла Елизавете заниматься другими делами. Только Роберт Дадли мог отвлечь королеву от ужасающих расспросов на военные темы, лишь он мог ее успокоить.
– Что ты мне принес? – спросила она.
– Мой антверпенский друг описывает панику, возникшую в городе, – тихо радуясь, ответил Сесил. – Вы только представьте, ваше величество! Уважаемые коммерсанты и крупные купцы сотнями покидают город, а беднота перегораживает улицы и поджигает трущобы. Испанские власти были вынуждены издать воззвание к торговцам и всем горожанам, где написали, что не пошлют свои войска в Шотландию и не выступят против Англии. С отъездом состоятельных людей уменьшился оборот денег. Мой друг пишет о полнейшей панике, охватившей всех. Испанцы опасаются мятежей, поскольку те могут быстро перерасти в гражданскую войну. Им пришлось дать клятву, что все отплывающие корабли не держат курс к шотландским или английским берегам. Власти были вынуждены несколько раз заверить купцов Испанских Нидерландов в том, что не вынашивают замыслов вторжения в Шотландию. Что бы там ни случилось, Испания останется нашим другом и союзником. Они слишком испугались за свои коммерческие интересы. Представляете, ваше величество? Испанцы во всеуслышание заявили о союзе с нами и невмешательстве в шотландскую кампанию.
– Как здорово, Призрак! Мы спасены! – Щеки Елизаветы зарделись.
– Но нам еще придется воевать с французами, – осторожно напомнил ей Сесил. – Однако мы можем не опасаться одновременного вторжения испанцев.
– Мне теперь незачем выходить за эрцгерцога. – Елизавета весело засмеялась. Сесил промолчал, а королева поспешно добавила: – Хотя от меня ждут этого шага. Я же дала слово.
Сесил кивнул, прекрасно понимая, что она лжет, и спросил:
– Вы разрешаете мне написать лорду Грею, чтобы он начинал штурм Лейтского замка?
Сесил точно рассчитал момент. Елизавета находилась в приподнятом настроении, была почти полностью уверена в победе.
– Да! – воскликнула она. – Наконец-то судьба решила подарить нам удачу. Напиши лорду Грею, чтобы начинал штурм и одержал быструю победу!
Удача, подаренная судьбой, была недолгой. Майский штурм Лейтского замка с позором провалился. Штурмовые лестницы оказались слишком короткими, и более двухсот солдат, пытавшихся забраться на стены замка, нашли свой бесславный конец на раскисшей земле, обильно политой английской кровью.
Елизавету ужасали не только потери ее армии, но и унижение, испытываемое всеми, от лорда Грея до последнего солдата. Потерпеть поражение на глазах Марии де Гиз! Рассказывали, что эта жестокосердная француженка смотрела из окна и смеялась, видя, как английские солдаты, пронзенные копьями и стрелами, падали со своих шатких лестниц, словно подбитые голуби.
– Они должны вернуться домой! – кричала Елизавета. – Недопустимо, чтобы мои люди умирали в грязи, под ее окнами. Она сущая ведьма. Это Мария наслала на них дождь.
– Англичане не могут уйти оттуда, – говорил ей Сесил.
Ногтям Елизаветы и кожице вокруг них доставалось почти так же, как солдатам у стен Лейтского замка. Кэт Эшли постоянно смазывала пальцы Елизаветы какой-то мазью, но на следующий день издевательства над ногтями возобновлялись.
– Мои солдаты должны вернуться домой, – упрямо твердила Елизавета. – Нам суждено лишиться Шотландии. Но почему лестницы оказались коротки? Грей не знал, какова высота стен Лейтского замка? Его нужно отдать под военный суд. Герцога Норфолкского отозвать и отправить сюда, пусть тоже держит ответ. Хорош дядюшка! Это и его вина. Он был послан не на охоту. Подумать только, под стенами Лейтского замка я потеряла целую тысячу человек! Да меня на каждом углу станут называть убийцей. Скажут, что я по собственной глупости угробила столько прекрасных солдат.
– Война – всегда смерти и увечья, – сухо напомнил ей Сесил. – Мы знали об этом еще до начала шотландской кампании.
Он тут же осекся. Что было известно о войне этой порывистой и пугливой девочке? Она же никогда не видела поля сражения, не ходила между ранеными солдатами, умоляющими о глотке воды. Женщине не понять, какие муки выдерживают солдаты и их командиры. Елизавета не способна править как король. Ей неведома решимость мужчины, созданного по образу и подобию Бога.
Но сейчас Англией владела королева.
