В нос ударил какой-то мерзкий запах, а вместе с ним пришли еще более неприятные ощущения: стреляющая боль в голове, странно неподвижные руки, и тошнота, накатывавшая волнами. nbsp;- Возьмем с собой, - Рас пожал плечами. - Тем более, если я правильно понял, она у тебя на поправку пошла? Я замерла, глядя на его невозмутимое лицо, и тут уловила в глубине темных глаз веселые искорки. Задохнулась от нахлынувших эмоций, шагнула к нему, и обняла, присев на колени, крепко-крепко. - Спасибо, - шепнула, счастливо улыбаясь. Сильные руки обняли меня в ответ, прижав к груди. - Мне нравится, когда ты улыбаешься, Ариша, - прошептал он. Теплые губы коснулись виска, и я зажмурилась, как кошка. Хорошо вот так сидеть, и просто наслаждаться моментом, ни о чем не думая. Ладонь Раса перекочевала на мой затылок, мягко отвела голову, и его рот накрыл мой, нежно, сладко. Хм, оказывается, я соскучилась по нашим поцелуям, и даже очень. Но… там Катька, и вообще, мы же в школе!.. Я нехотя отстранилась, собираясь встать, однако руки Рассаэрна удержали, и на его лице появилась хитрая улыб? Следом за этим пришли другие вопросы: Катька заодно с ними?! Или… или ее заставили? Как быстро опомнились люди Раса, следившие за школой и наверняка мной, когда я вышла? И как скоро узнал он?..
- Итак, - не меняя позы, негромко произнесла Раиса. - Собственно, ты уже все сама поняла, да? - ее взгляд прогулялся по мне, а улыбка стала неприятной. - Не сомневаюсь, что Рас поделился с тобой подробностями личной жизни, - она хмыкнула. - Судя по тому, что он два дня от тебя не отлипал. И что нашел, спрашивается? - Раиса поморщилась. - Ну да ладно. Отсюда ты не выйдешь, милочка, удрать тоже не получится. Будешь сидеть здесь до тех пор, пока… А, в общем, неважно, - она встала. - Я бы убила тебя, конечно, - задумчиво добавила демоница, а у меня сердце ушло в пятки, - но ты слишком ценный ресурс. Пока жива, Расика можно дожимать по полной, он все сделает. Но не надейся, Молин на тебя давно слюной исходит, и готова спорить на что угодно, завалит при первом удобном случае. Живая не значит, неприкосновенная, - Раиса хихикнула и тут же вздохнула с каким-то сожалением. - Вот чего я единственная дочь в семье?! Если бы не этот дурацкий брак, мы бы с Расом очень хорошо проводили время вместе, - мурлыкнула она, пристально наблюдая за моей реакцией.
А я молча смотрела на нее, не говоря ни слова, и прекрасно понимала, что она пытается уязвить, нащупать слабое место, на которое можно будет давить впоследствии. Судя по всему, Раиса из тех, кто любит морально унижать противников. Слова про намерения Павла испугали до ледяных мурашек, но я постаралась не показать вида.
- Ну, ладно, у меня куча дел, - она встала, стряхнула несуществующую пылинку, и направилась к двери, небрежно обронив. - Пашка просил передать, что позже к тебе зайдет.
И она вышла, оставив меня одну. Со связанными, и уже потерявшими чувствительность, руками, раскалывающейся головой, и сосущим ощущением в желудке - последний раз ела еще в обед, на работе. Интересно, сколько времени я была без сознания? Поерзав, улеглась обратно на подушку, обтянутую серой наволочкой, и прикрыла глаза. Уснуть конечно вряд ли получится, чую, на лбу знатная шишка, но в горизонтальном положении неудобства переносились лучше. Удивительно, я все-таки заснула, несмотря на боль и голод. Точнее, просто провалилась в темноту, подозрительно схожую с беспамятством.
В следующий раз я проснулась не от нашатыря, а от прикосновения чьей-то ладони к щеке. Нежного такого, но то, что это не Рас, совершенно точно. Руки-то по-прежнему связаны. Вздрогнув, я распахнула глаза, настороженно и немного испуганно уставившись на Молина, наклонившегося надо мной. Блеск в серых глазах мне абсолютно не понравился. Я же в его полной власти…
- Паш, развяжи мне руки, - тихо попросила, приложив максимум усилий, чтобы голос не дрожал, и жестко загнав истерику на самое дно души.
Сейчас нужно соображать, что делать, а не расплываться амебой. Один раз меня уже изнасиловали, второй раз не получится - постараюсь приложить к этому все усилия, что бы себе там ни думал Павел. По крайней мере, Рассаэрн достаточно извинился, и он демон, а вот Молин человек.
- А зачем? - просто спросил он, продолжая гладить меня по щеке, его вторая ладонь опиралась на подушку около моей головы.
- Запястья болят, - взгляда не отводила, не желая показывать страх. Увидит - точно с катушек слетит. - И кушать еще хочется. Паш, меня накормят?
- Конечно, - он улыбнулся, - я и накормлю.
Возражать не стала, главное, поем.
- А руки? - подбавила в голос немного жалобных ноток - ох, кто бы знал, что во мне скрываются такие актерские таланты! С другой стороны, как говорилось в каком-то фильме, жить захочешь, и не так раскорячишься…
Молин отстранился, и помог сесть - голова опять закружилась, но терпимо, и даже желудок на месте остался. Как бы так разговорить его, пока он с веревкой возится? Сидеть спиной к Павлу было не слишком уютно, но по-другому никак.
