Минна чувствовала, что переутомилась, она была безрадостной, словно ребенок, который вот-вот расплачется.
– Как давно он встречается с ней? – спросила она чуть слышно.
– Встречается? Откуда я знаю? Меня подобное не интересует. Может, надо было купить розовые? Сегодня у них были розовые хризантемы.
– Он вернется к обеду?
– Уверена, что вернется, потому что завтра уезжает на конференцию в Геттинген. Фрау Андреас-Саломе устроила ему эту поездку.
– О!
– Пойди отдохни, моя дорогая.
Минна шагнула к лестнице, но задержалась.
– Как ты это терпишь? – произнесла она, стоя спиной к Марте и держась за перила.
Было так тихо, что она слышала собственное дыхание. Струйка пота потекла за ухом.
– Что, дорогая?
Минна заставила себя медленно повернуться лицом к сестре.
– Как ты выдерживаешь его, когда он бросается от одного человека к другому, отдавая ему все свое внимание и игнорируя остальных? Это же невыносимо, разве ты не согласна? Это заставляет задаться вопросом: в чем же его настоящие привязанности?
– Я выдерживаю. Меня это не волнует. Теперь не волнует. Пускай развлекается.
– Развлекается?
– Важно ведь то, что ничего серьезного за этим не стоит. Ему нравится тот, кто стимулирует его ум. Но ненадолго. Эта женщина не тревожит меня ни в малейшей степени, и тебя она не должна беспокоить.
– Но, Марта…
– Минна, вспомни о докторе Брейере. И о докторе Флиссе, и еще о многих. Зигмунд боготворил этих людей, а теперь даже не упоминает их имен. Он похож на капризного ребенка. Обожает того, а потом другого. Мужчин. Женщин. Древних воинов. Я не могу заниматься всем этим, если честно. Мне хватает проблем с детьми.
Минне было нечего возразить в ответ. Наверное, Марта не понимала, что она и Зигмунд – любовники, но она, конечно, не могла не заметить, что Минна была просто еще одним человеком, который «стимулировал его ум». И что эта связь в конечном счете разорвется, как и другие. «Нелепо», – думала она. Единственным человеком, подтвердившим ее худшие опасения в отношении Зигмунда, оказалась Марта.
Минна поднималась по лестнице – разъяренная, едва способная скрыть унижение. Уже подойдя к своей спальне, она остановилась перед открытой дверью в комнату Марты. Чуть помедлив, двинулась к полке, где Марта держала самые необходимые книги. И нашла то, что искала, рядом с немецким переводом «Повседневной поваренной и домоводческой книги миссис Битон».
«Пособие матерям для поддержки здоровья в период беременности и родов» Томаса Балла и Роберта У. Паркера:
Минне этого хватило. Не было потребности консультироваться с доктором. Все признаки налицо. Она положила книгу на ночной столик, откинулась на подушки и вытерла горячие, потные ладони о прохладную простыню. «Советы матерям» являлись библией для каждой «молодой замужней женщины», но ей они не понадобятся.
Закрыв глаза, Минна погрузилась в беспокойный сон. Ужин прошел без нее, и когда она проснулась, было уже десять часов. Она посмотрела в холодный сумрак спальни, села и завернулась в шаль. Как она могла позволить такому случиться? Минна оттолкнула от себя волну печали, настолько огромную, что признание ее существования уничтожило бы ее. Одно было бесспорно. Зигмунд немедленно должен узнать. В ожидании нет смысла.
