Красота и талант – разве этого недостаточно, чтобы быть счастливой? Но какое уж тут счастье, когда тебе завидует собственная мать, а возлюбленный крадет твой проект, да еще распускает грязные слухи. В довершение всего Айрис Крейн узнает, что единственный человек, который был добр к ней, тоже вот-вот станет жертвой клеветы, да еще посмертно. И Айрис бросается в неравный бой, чтобы защитить память покойного отчима. Если бы она знала, чем закончится эта «битва»!
Айрис Крейн с детства боялась темноты и одиночества. Когда мама с отчимом уходили куда-нибудь по вечерам, девочка включала светильники во всех комнатах, чтобы избавиться от страшных теней, прячущихся по углам. Она засыпала в кресле посередине комнаты, и утром ее ругали за то, что она забыла погасить свет.
Позже ее страх перекинулся на лифты. Ей казалось, что как только дверцы закрываются, прекращается всякая связь с тем миром, который ты любишь. Ты остаешься совсем одна в тесной коробке, из которой можешь и не выбраться. Со всех сторон раздаются шорохи и стоны, а откуда-то снизу вот-вот высунется длинная рука и утащит тебя в бездну.
Айрис не пыталась рассказать маме о тех призраках, которые мерещились ей во мраке. Мама бы просто посмеялась над ее глупостью и трусостью. Но однажды девочка, плача, поведала об этих чудищах молоденькой учительнице труда. Та взяла кусок глины и сказала:
– Вылепи их такими, какими ты их видишь.
Когда маленькая Айрис своими неуверенными и неловкими ручками изобразила что-то длинное, тонкое, многорукое и многоногое, мисс Эверет взяла это Нечто из ее рук, скомкала и выбросила за окно. С тех пор страхи стали отступать. Но с куском глины Айрис больше не расставалась.
Она почему-то вспомнила эту историю, поднимаясь на верхний этаж высотного здания в самом центре Сити. Лифт был скоростной, бесшумный, да еще со стеклянными стенками. Теперь она была взрослой и знала, что ничего страшного не произойдет, но сердце тем не менее билось все чаше. Впрочем, это никак не было связано с ее детскими фобиями. Ей предстояла встреча с человеком, который мог испугать не ее одну.
Айрис вздохнула, выходя из лифта и аккуратно расправляя тонкую ткань юбки. Она вошла в приемную и взглянула на солидную дверь. За этой дверью сидел враг – Джералд Стоктон, владелец сети банков, разбросанных по всему миру. Ей пришлось использовать ложный предлог, чтобы получить доступ в святая святых его финансовой корпорации.
Девушка горделиво выпрямилась, мимолетно взглянув на себя в зеркало. Буйство ее каштановых кудрей было небрежно заколото на макушке элегантной заколкой, давая возможность рассмотреть изящную шейку. Ей не пришлось долго трудиться, чтобы соорудить этот шедевр, – всего часа два. Костюм цвета маренго блистал головоломной простотой, а скромный разрез на юбке сзади демонстрировал ножки непостижимой длины и умопомрачительной формы. Пена оборок белоснежной блузки не скрывала красивой формы ее груди. Итальянские кожаные лодочки, серебряные украшения и сногсшибательный макияж дополняли картину.
Раньше ее и под угрозой расстрела не заставили бы надеть серое, она предпочитала природные цвета. Но слишком много зависело от этого рандеву, и она хотела выглядеть элегантной и собранной. Под лацканом ее делового костюма испуганной пташкой билось сердце, но Айрис уже давно научилась скрывать свои страхи от посторонних глаз.
Длинноногая блондинка приоткрыла массивную дубовую дверь, вежливо напоминая своему шефу, что мисс Айрис Крейн ждет в приемной.
Дверь медленно и тяжело закрылась за Айрис, и девушка осталась наедине с хозяином кабинета.
Джералд Стоктон встал из-за стола красного дерева и протянул ей руку.
– Какая приятная неожиданность, мисс Крейн. К сожалению, я не смог познакомиться с вами лично в прошлом году, когда купил две ваши работы на выставке в Париже.
Рукопожатие было крепким, но лед его глаз не растаял от движения мышц лица, которое люди обычно называют улыбкой. Он, казалось, был высечен из гранита. Тяжелая челюсть, ямочка на подбородке, несколько выдающиеся скулы – такое лицо так и хотелось вылепить. Его короткая стрижка не позволяла волнистым от природы волосам завиваться в легкомысленные локоны. Волосы были более темного оттенка, чем у Айрис.
Он был бы неплохой моделью. Его тело было спрятано от чужих глаз в униформу всех управленцев – безупречный деловой костюм, но в фигуре угадывалась уверенная мужественность, не менее очевидная оттого, что она была так тщательно скрыта. Жесткий человек. Холодный, словно сталь. Явно не тот человек, к чувствам которого можно взывать.
Айрис была достаточно высока для женщины – 175 сантиметров, но Стоктон был значительно выше. Девушка не привыкла, чтобы на нее смотрели сверху вниз, и сразу почувствовала себя неуютно. Но ее голос прозвучал ровно и уверенно:
– Я надеюсь, вам нравятся мои веши, которые вы купили?
– Я всегда был поклонником изделий из бронзы, но ваши скульптуры как-то особенно удачно вписались в мой интерьер. Со временем начинаю ценить их все больше.
Хотя Айрис сама напросилась на комплимент, тем не менее его похвала была ей приятна.
– Я редко ошибаюсь, когда вкладываю деньги. А ваши работы резко подскочили в цене в последнее время.
Его слова стерли улыбку с ее лица. Айрис разочарованно спросила:
– Так вы купили эту бронзу в качестве капиталовложения?
– Разумеется.
– А вовсе не потому, что они затронули какую-то струну вашей души?
Его смешок был лишен каких-либо эмоций.
– Вы обратились не по адресу.
