Это были дни затишья, это были еще одни счастливые дни в моей жизни. Айсберг пробыл со мной больше чем неделю. Он приезжал и оставался на ночь, а днем…днем мы могли валяться в постели или играть в теннис, или он учил меня водить МОЮ машину. Мы выезжали за город в окружении его охраны и ехали по проселочной дороге. Я, вцепившись в руль, с выпученными глазами, и он рядом со мной веселый, такой необычайно простой и расслабленный. В эти секунды мне не верилось, что он тот, кем являлся на самом деле. Что его боится столько людей, что одно его имя внушает трепет и даже ужас. Вот именно этот человек решает проблемы мирового масштаба. Его невозможно увидеть вживую большинству населения нашей страны… и именно он сейчас сидит рядом со мной, по-хозяйски положив руку мне на колено.
– Ты сейчас руль сломаешь, Марина, – берет меня за кисть и гладит по костяшкам пальцев, расслабляя мою руку, – это машина, а не лопата. Здесь не нужна сила. Представь, что она живая. Давай погладь руль, поговори с ней мысленно.
– Почему с ней? У меня это он!
Возразила я и усмехнулась, кусая нижнюю губу и поворачивая руль вправо.
– Берседенс. Он. А не она. И я в него влюблена. Он же настоящий красавец.
– Значит, ты сидишь верхом на нем…
Наклонился ко мне, и его горячее дыхание обожгло мне шею.
– Тогда будь сексуальной и податливой, а не сильной…а еще не вынуждай отобрать твой подарок.
– Почему?
Я искренне удивилась и даже крутнула руль не в ту сторону, и Петр схватился за него, выравнивая машину.
– Потому что сексуальной и податливой ты можешь быть только со мной.
И провел языком возле мочки моего уха, слегка прикусил кожу под ним, вызывая приятную дрожь во всем теле. Я пыталась искренне подавить всплеск нежности, зарождавшийся внизу живота и желание сказать ему, что люблю его…
– Ты ревнуешь меня к машине?
Спросила насмешливо, с задором, довольно улыбаясь.
– Не льсти себе насчет ревности… – тихим рыком и выкручивая руль правее, – для того чтобы ревновать, нужно что-либо значить. Я просто не люблю делиться тем, что принадлежит мне.
«ЧТО принадлежит», я для него просто «что». Ничего не меняется и никогда не изменится. И все его чертовые подарки мне совершенно не нужны. Потому что я и есть основной гребаный подарок, который он подарил себе.
Выпрямилась и невольно сжала пальцами руль сильнее, глядя впереди себя и чувствуя, как начинает больно покалывать под ребрами слева.
– Я хочу, чтобы у меня появилось немного свободы.
Рука на моем колене сжала его чуть сильнее, он явно напрягся.
– Что ты подразумеваешь под словом «свобода»?
– Хочу ходить на вечеринки, в клубы, хочу поступить учиться в университет, хочу съездить к себе домой…
– Слишком много хочу, не находишь?
– Я человек…пусть даже ты и называешь меня своей вещью. Я взаперти целыми днями. Как в клетке.
– Ты этого сама хотела.
– Я – человек, понимаешь? Человек! И я не многие! Я - это я!
– Нет…ты не человек. Ты моя собственность. Никогда не забывай об этом!
И во мне мгновенно вскипела ярость, захотелось разбить его проклятый подарок, я силой вдавила педаль газа, и машина понеслась вперед.
– Тормози!
– Нет! Не буду! Я – человек, ясно тебе? И не надо в меня играть, как в куклу. Украшать, покупать аксессуарчики, машинки….к черту!
– Тормози у обочины, давай поворачивай руль и жми на тормоз.
– Нет!
Схватить меня сейчас за руль означало вылететь на обочину и разбиться. Охрана неслась следом за нами, но ничего сделать они не могли. И в голове мелькнула ужасная мысль – вылететь к черту с моста с ним вдвоем. Доказать, что я не трусливая и дрожащая тварь, а человек с желаниями, с эмоциями, с душой. Сделать ему не просто больно, а адски больно и по-настоящему. Пусть завтра все газеты пестреют заголовками, что любовница президента убила их обои. Пусть обо мне узнают даже таким чудовищным образом, и тогда он навеки останется моим.
– Марина…прекрати истерику и жми на тормоз. Все. Попсиховала и хватит.
Упрямо глядя вперед, несусь к мосту на полной скорости.
– Чокнутая сучка!
– У тебя плохой вкус на личные вещи!
- Остановись, мать твою!
- Считай, что я сломалась и не подчиняюсь твоим приказам!
Сдавил мою кисть до адской боли.
- Хорошо. Хорошо, бл***ь, клуб и поездка домой.
- Универ!
- Дистанционка!
- Заочка!
- Хорошо! Тормози!
- Пообещай!
- Обещаю! Тормози, я сказал! Немедленно!
Теперь бы знать, как остановить этого дьявола подо мной.
- Как? Он взбесился!
- Плавно отпускай педаль, плавно и сворачивай медленно в сторону.
Он помог мне припарковать машину, и нас тут же окружили еще три автомобиля. Схватил за волосы и больно притянул меня к себе.
- Еще одна подобная выходка, и я оторву тебе голову.
- Она могла отлететь прямо сейчас. Все, как вы желаете, мистер президент!
- Я сегодня подыхать не планировал, тем более в твоей компании.
Впился в меня бешеным взглядом, а я в него таким же сумасшедшим.
- Когда я поеду домой?! Сама! Без тебя!
- Вали прямо сегодня!
