Саймон обрадовался, когда им принесли еду. Джейми ковырялся в тарелке с цыпленком и, несмотря на все попытки его разговорить, отвечал по большей части односложно. Он отказался от десерта, хотя в меню был домашний яблочный пирог с мороженым.
– Помню, я всегда уплетал за обе щеки, если родители забирали меня на обед из школы. С тобой точно все хорошо, приятель?
– Да. А в Новой Зеландии есть школы-интернаты?
– Я… да, конечно, есть. Если живешь на овцеводческой ферме, за много миль от любого крупного поселения, то приходится ехать учиться в город, – придумал Саймон. – Ты точно не хочешь десерт?
– Точно.
Когда пришло время везти мальчика обратно в школу, Саймон вздохнул с облегчением. Усевшись в машину, Джейми уставился в окно и что-то начал тихо напевать себе под нос.
– Что ты поешь?
– Детскую песенку про колечко из роз. Пра-Джеймс часто пел ее мне, а потом, когда я стал старше, объяснил, что в ней говорится о людях, умирающих от чумы.
– Ты скучаешь по нему, Джейми?
– Да. Но я знаю, что он до сих пор присматривает за мной с небес.
– Не сомневаюсь в этом.
– И у меня остались его розы, которые напоминают о нем на земле.
– Розы?
– Да. Пра-Джеймс любил розы. Теперь они растут у него на могиле.
Вскоре Саймон остановил машину перед школой. Джейми открыл дверцу и выбрался наружу.
– Спасибо за обед, Саймон. Счастливо добраться до Лондона.
– На здоровье. Пока, Джейми.
Мальчик взбежал по ступенькам и скрылся внутри здания. Саймон проводил его взглядом и со вздохом повел машину по гравийной дорожке, оставляя школу позади.
Час спустя, вернувшись в свою квартиру, он обнаружил сообщение на автоответчике.
Что ж, короткий отпуск подошел к концу.
Саймон приготовил себе салат «Цезарь», потом принял душ и отправился спать, стараясь не представлять Зои в Испании рядом с принцем.
Приземлившись в аэропорту Корка, Джоанна отыскала пункт аренды автомобилей и взяла напрокат «Фиесту». Она обзавелась картой, раздобыла немного ирландских фунтов стерлингов и, следуя указателям, выехала на шоссе № 71. Как ни странно, эта главная дорога из аэропорта весьма напоминала какую-нибудь проселочную в ее родном Йоркшире. Февраль подходил к концу, и день выдался солнечным. За окнами машины проплывали быстро зеленеющие холмистые поля.
Час спустя Джоанна уже спускалась по крутому склону холма в деревню Росскарбери. Слева, огражденное низкой стеной, простиралось глубокое устье реки, где-то вдали впадающей в море. По бокам от него пестрели сельские домики, коттеджи и бунгало. У подножия холма Джоанна заглушила мотор, чтобы хорошенько осмотреться вокруг. Наступил отлив, и на прибрежный песок устремились всевозможные виды птиц. В большой луже, оставленной приливом, грациозно плавала стая лебедей.
Выйдя из машины, Джоанна прислонилась к низкой стене и вдохнула полной грудью. Чистый свежий воздух совсем не походил на лондонский. В нем ощущался легкий привкус соли, доносимый с Атлантического океана, до которого отсюда было не больше мили. И тут она заметила большой дом с крышей из серого шифера и флюгером на дымовой трубе, послушным воле ветра. Он стоял в конце узкой дороги, вдававшейся в устье реки, на каменном ложе, с трех сторон окруженном водой. Судя по всему, это и был тот дом на берегу залива, о котором говорил Маркус.
Солнце вдруг скрылось за облаком, и залив вместе с домом накрыла тень. Джоанна вздрогнула и, поспешно вернувшись в машину, завела мотор и уехала.
В тот вечер она устроилась возле камина в уютном баре своей гостиницы с порцией горячего портвейна. Впервые за несколько недель Джоанне удалось по-настоящему расслабиться, и, хотя в голову по-прежнему лезли мысли о Маркусе, на чье имя был забронирован номер, ей даже удалось поспать после обеда. Устроившись на старой двуспальной кровати в своей комнате, чтобы изучить карту Росскарбери, она сама не заметила, как погрузилась в сон, а когда открыла глаза, за окном уже стемнело и часы показывали семь вечера.
«Здесь я точно чувствую себя в безопасности», – подумала Джоанна.
– Будете ужинать тут у камина или в столовой? – прервал ее мысли голос Маргарет, жены весельчака Вилли, которому принадлежала гостиница.
– Лучше здесь, спасибо.
Расправляясь с ужином, состоящим из бекона, капусты и картофеля, Джоанна наблюдала за местными жителями, то и дело входившими в дверь. И молодые, и старые, все они, казалось, были знакомы и почти до мелочей знали подробности жизни друг друга. Наевшись до отвала, Джоанна неторопливо направилась к бару и заказала напоследок перед сном еще порцию горячего портвейна.
– Приехали в отпуск? – полюбопытствовал мужчина средних лет в комбинезоне и резиновых сапогах, сидящий на высоком табурете возле барной стойки.
– В некотором роде, – ответила она. – Я ищу своего родственника.
– Да-да, сюда часто приезжают люди в поисках родственников. Можно сказать, что в нашей благословенной стране родилась половина Западного полушария. – Его ответ вызвал смешки у прочих посетителей бара. – А как звали вашего родственника? – спросил мужчина.
