Любовные письма великих людей. Женщины полностью

В 1907 г. Генри Джеймс, который стал близким другом Эдит, познакомил ее с Мортоном Фуллертоном, уроженцем Бостона, парижским корреспондентом лондонской Times. Влюбившись в него, Эдит переселилась в Париж. Однако она вновь ошиблась в выборе: разведенного бисексуала Фуллертона шантажировала его гомосексуальным прошлым бывшая любовница, у него был якобы кровосмесительный роман с кузиной, которая выросла в доме его родителей. Отвратительное поведение Тедди по крайней мере объяснялось его душевным недугом, а Фуллертон был авантюристом до мозга костей и в целом подходил под определение «хам». Роман Эдит и Фуллертона продолжался с переменным успехом до 1911 г. Возможно, Фуллертон, узнав, что Эдит добивается развода со стремительно теряющим рассудок Тедди, решил, что пора отступать.

Остаток жизни Эдит провела во Франции. За работу во время войны – сбор средств и организацию приютов для французских и бельгийских беженцев – она была удостоена ордена Почетного легиона и, кроме того, стала военным корреспондентом, сообщающим в США известия с фронта. В 1921 г. она получила Пулитцеровскую премию за роман «Эпоха невинности» (The Age of Innocence), в 1923 г. – почетную степень доктора литературы в Йельском университете. В 1930 г. она была избрана в Американскую академию искусств и литературы. Эдит умерла в 1937 г. в своем доме в Павильон-Коломб, к северу от Парижа. Ее часто называют «светской романисткой» или «бытовой романисткой». И то и другое определение носит уничижительный оттенок. Она была на редкость проницательной писательницей, обладала широким кругозором и способностью точно анализировать людские ошибки; ее интересы и темы не ограничивались гостиными старого Нью-Йорка.

Дорогой, пожалуйста, не забывай, как я тревожусь и как мне не терпится узнать следствия письма Белл…

Знаешь, о чем я думала вчера вечером, когда ты спросил, а я не смогла ответить? Лишь о том, что то, как ты тратишь свою эмоциональную жизнь, в то время как я – bien malgre moi[3] – берегу свою, разделяет нас словно гигантской пропастью, причем мы оказываемся не просто на противоположных берегах, но и в безнадежно удаленных друг от друга точках этих берегов… Понимаешь, что я имею в виду?

И я так боюсь, что сокровища, которые мне не терпится показать тебе, которые прибыли ко мне на волшебных кораблях с очарованных островов, для тебя окажутся всего лишь давно знакомым красным коленкором и бусами хитроумного торговца, который заключает сделки на каждой широте и знает, что следует привезти, чтобы потрафить простодушным аборигенам. Я так боюсь этого, что зачастую прячу мои сверкающие сокровища обратно в сундук, лишь бы не видеть, как ты усмехаешься, глядя на них!

Ну что ж, а если ты и впрямь засмеешься? Тем хуже для тебя! И если стоит тебе войти в комнату, как меня словно охватывает пламя, если от твоего прикосновения у меня бьется сердце, если в твоих объятиях я лишаюсь дара речи, потому что все мои слова превращаются в судорожную пульсацию, а мои мысли – в золотистое сияние, зачем мне бояться твоих насмешек? Ведь я способна превратить бусы и коленкор в такую красоту.

Роза Люксембург родилась в Замосце близ Люблина, на принадлежавшей России территории Польши, и стала пятым ребенком в семье торговца лесом. Она получила образование в Польше, в 1886 г. вступила в польскую партию «Пролетариат». К 1889 г. она уже была известным политическим агитатором, ей пришлось бежать из Польши в Цюрих, чтобы спастись от тюремного заключения. Она продолжила учебу в университете Цюриха и получила докторскую степень в 1898 г. Там же она познакомилась с Лео Йогихесом, вместе с которым основала польскую социалистическую партию. Несмотря на продолжительный роман, Роза и Лео никогда не жили вместе: политика была для обоих важнее семейного счастья.

В 1898 г. Роза вышла замуж за Карла Любека, сына одного из друзей, чтобы перебраться в Берлин. Среди ее политических взглядов можно выделить два основных: скептическое отношение к национализму (она боролась за социалистическую революцию во всей Европе, а не в отдельных странах) и убежденность, что именно революция, а не реформы является единственным способом принести свободу массам.